Прислужники Гитлера. Немецкие разведывательно-диверсионные школы и курсы на территории Белоруссии в 1941–1944 гг.

Подводя итог, можно отметить следующее: во-первых, в период оккупации столицы Белоруссии в городе в разное время действовали минимум 6 учебных разведывательно-диверсионных заведений немцев: школа на территории концлагеря Тростенец; курсы в минской тюрьме; школа СД на территории университетского городка Белгосуниверситета; абвершкола по ул. Островского; школы в военном городке Козырево и по ул. Мопровской. Кроме того, принадлежность и деятельность еще нескольких школ установить пока не удалось. Весной 1944 г. в Минск также передислоцировалась разведшкола из Могилева и расположилась в Красном урочище[1286], а в апреле 1944 г. прибыла школа абвера, выехавшая из Борисова. Она располагалась по ул. Шорной и в апреле выпустила 30 агентов [1287].

Во-вторых, учебные заведения готовили разведывательно-диверсионную агентуру для действий против белорусских партизан и подпольщиков (приоритетное направление), для заброски в тыл Советского Союза и Красной армии, а также в формирования «лесных солдат» на территории РСФСР и для оседания на освобождаемых советских территориях. Социальная база вербуемых была достаточно широкой: антисоветски настроенный элемент, уголовники, военнопленные, женщины, дети, евреи, поляки и местные жители.

В-третьих, по неполным архивным данным, за 1941–1944 г. учебные заведения в Минске подготовили около 6 тысяч немецких агентов. Цифра эта сама по себе довольно значительная. Для сравнения можно указать, что, по отчетным данным БШПД, всеми партизанскими соединениями за 1942-й – первую половину 1943 г. было разоблачено около 1000 агентов[1288].

С февраля 1942 г. в местечке Семежево (Копыльский район) действовали краткосрочные курсы тайной полевой полиции. По данным разведотдела БШПД, обучение на них прошли 18 агентов. Они были разбиты на 3 группы. Одна (7 человек) была направлена с разведывательным заданием в партизанский отряд им. Щорса бригады им. Ворошилова. Вторая группа (5 агентов) – в партизанский отряд Васильева. Третья (6 шпионов) – в Воробьевские леса[1289]. Кроме того, в качестве агентов для внедрения использовались коллаборанты из местного гарнизона. Например в партизанскую бригаду им. Калинина попытался проникнуть полицейский Ралько, но был своевременно разоблачен[1290]. С неопределенной периодичностью курсы действовали до второй половины 1943 г.[1291]

Весной-летом 1943 г. в партизанских соединениях Минщины были разоблачены агенты, прошедшие в августе – ноябре 1942 г. обучение на вечерних курсах в совхозе Сосны (Любаньский район). Подготовка агентуры началась с августа (по другим данным, с сентября) 1942 г. и продолжалась 3 месяца (по другим данным, – 2 недели)[1292]. Курсы размещались в доме бывшей конторы совхоза, а также в помещении бывшей аптеки. Руководителем ее был начальник полиции Иван Шумаков, житель совхоза Сосны. Преподавателями – немцы. Одновременно на курсах учились 12–13 человек, в том числе женщины. Разоблаченный агент Павел Метельский показал, что «занятия проходили с 8 часов вечера до 11–12 часов ночи. Программа: как вести разведку среди партизан, террор и диверсия, вербовка людей на свою сторону и агитация. Дальше вызывали отдельными группами по 3 человека и давали отдельные установки. Нашей группе, в которой был я, Александр Семчук, Адам Шахнович – разведка партизанских отрядов, количества людей, вооружение, политико-моральное состояние, фамилии отдельных командиров, место расположение аэродромов, марка самолетов»[1293]. В период обучения все курсанты обеспечивались продуктами питания: хлебом (16 кг в месяц), мясом (3–4 кг в месяц), крупами (2–3 кг в месяц) и другими продуктами. После окончания обучения курсанты давали подписку о сотрудничестве и им присваивали условное обозначение (например, «М»).

Указанному курсанту Метельскому удалось несколько раз передать сведения о количестве и месторасположении партизан. На допросе он сообщил: «За хорошую работу нам обещали после окончания войны свободную жизнь и лучшие бытовые условия, а за хорошо представленные сведения оплачивали натурой – табаком, водкой и др. Я лично ничего не получил за представленные сведения, так как начальник полиции Шумаков все мои вознаграждения сам прокуривал и пропивал» [1294].