Признания Ужасной мамочки: как воспитать прекрасных детей, пока они не свели вас с ума

Я никогда не хотела мальчиков. По непонятной причине я всегда видела себя матерью воздушных созданий, облаченных в милые розовенькие шаровары и купальнички в горошек с кружавчиками. Думаю, я никогда не понимала мальчишек, поэтому идея растить их воспринималась как нечто совершенно чужеродное и очень сложное. Когда на сроке двадцать недель я узнала, что будет мальчик, я заплакала. Прямо в кабинете врача – после того как мне сообщили, что у ребенка нормально работает сердце и все пальчики на руках и ногах на месте. У меня немедленно навернулись на глаза слезы – я рыдала на грани истерики, будто мне сообщили, что у малыша какие-то проблемы с развитием. Это был мой инстинкт, и явно не из тех, которыми можно гордиться. Одновременно это был стопроцентно верный способ почувствовать себя плохой матерью еще до того, как ребенок родится. Мысль о том, что будет мальчик, ужасала меня, и я боялась, что не смогу любить его так же сильно, как Лили.

...

Любимец меняется у меня каждый день. Нет, каждую минуту. Это именно тот ребенок, который меньше остальных достает меня в данный момент.

Но, когда Бен появился на свет, случилось нечто поразительное – я полюбила его сразу же. У меня не было смущения и страха, которые я испытала, впервые увидев Лили. Это был моментальный прилив любви к новорожденному сыну, прямо как в кино.

Я не только полюбила его, он мне еще и понравился. Лили стала солнцем моей жизни, и было чудесно иметь ее рядом с собой предыдущие два года, но, боже мой, неожиданно она начала слегка раздражать меня. Может быть, из-за появления еще одного ребенка, может быть, из-за нашего недавнего переезда, а может быть, это просто свойственно двухлетним, но она знала, как утверждать собственную независимость. Начались истерики, и уровень драматизма в доме вышел на новый, неведомый прежде уровень. Малыш же, напротив, был счастлив просто быть с нами. Он хорошо ел, хорошо спал, и на его лице все время сияла безмятежная улыбка. Он был просто прелесть . И можно ли винить меня за то, что иногда я засыпала, укачивая его, просто потому, что не хотела укладывать Лили?

Когда родился Ивен, я испытала то же самое, но в доме к тому моменту было уже двое детей. Двое малышей, которые потихоньку становились личностями – со своими перепадами настроений и своими взглядами. Можно выразиться по-другому – со своими заскоками. Ивен же, напротив, был таким мирным. Это то, что вы начинаете ценить в младенцах больше с каждым разом. Они могут плакать и беспокоиться, но и затыкаются относительно просто и быстро. Ивен быстро стал моим любимцем, особенно на фоне тех двоих, которые воевали друг с другом по поводу того, какой мультик смотреть и кто съел чипсов больше. Я вдыхала запах новорожденного и удалялась потискать его на софе, стараясь отключиться от базара в соседней комнате.

Сейчас среди них нет постоянно идеального ребенка. Лили, моя чудесная и прекрасная дочка-первенец, точно соответствует моему представлению о девочке, которую я всегда хотела. Она любит Барби, играет с моей косметикой и примеряет мои туфли на высоком каблуке. Мы вместе красим ногти, а ее умение заплетать косички намного превосходит мое. Так здорово наблюдать ее игры, которые как две капли воды похожи на мои в ее возрасте! Это очень сближает. Она ужасно мила и заботлива, и это больше, чем я ожидала. Я горжусь ею каждый день. Она – моя любимица.

К сожалению, внутри моей дочери живет и другая, намного менее приятная девица. Она непостоянна, своевольна и разболтанна, этому ребенку нравится орать во всю глотку и хлопать дверью так, что содрогается весь дом. Она незаметно щиплет своих братьев и закатывает глаза так, что я опасаюсь, как бы они не остались в таком положении навсегда. Она спорит, она перечит, и она ужасно противна. Мне совершенно не нравится эта девочка.

Что касается Бена, он выделяется к лучшему по сравнению с остальными уже потому, что больше всех похож на меня. Бен, чья улыбка освещает все лицо и который не может удержаться, чтобы не прыгнуть в каждую лужу на своем пути. Бен, который так заразительно смеется и который всегда добродушен. Он добрый, благородный и прекрасный во всех отношениях мальчик.

Но он рева. Рев Бена – самый раздражающий шум на этой планете. Его можно использовать в качестве инструмента пытки для выведывания страшных тайн у любых злодеев. Это пронзительно-однотонный продолжительный звук, который невозможно в полной мере описать словами. Нужно это услышать, чтобы поверить, но из добрых побуждений я очень надеюсь, что вам не представится такая возможность. Когда он затевает свою волынку по поводу невкусного ужина, скучного музея или слишком долгой прогулки, я готова застрелиться. В такие моменты он точно не мой любимец.

...