Пробуждённые сновидения

Но мы не читали эту книгу. Если мы проведём даже поверхностный анализ, то выясним, что истинная ситуация этого индивидуума довольно неоднозначна. Его родители, например, вовсе не считают его ничтожеством — они, напротив, видят в нём очень милого человека. Многим людям этот человек, возможно, вовсе не покажется ничтожеством. Да и сам он, может быть, не считает себя ничтожеством. А если вы узнаете этого человека получше, то может так случиться, что через некоторое время те его качества, которые, как вам сначала показалось, характеризуют его как ничтожество, приведут вас к совершенно иным выводам. (Не забывайте также о том, что, несомненно, есть люди, которые считают ничтожеством вас. Но навряд ли вы с ними в этом согласитесь.)

На самом деле, когда мы видим сон о «ничтожестве» и при этом неосознанны, после нашего пробуждения реальность этой ситуации исчезает как утренний туман. Поскольку человек, который нам снился, на самом деле не существовал, то и обозначение его как «полное ничтожество» тоже было лишь нашим воображением. Когда мы так категорично судим людей — будь то в сновидении или наяву — мы всегда воспринимаем их вне контекста — присваиваем абсолютные обозначения тому, что не может существовать как абсолют. Истинным контекстом существования индивидуумов и объектов является взаимозависимость. Неосознанность — как во время сновидения, так и во время бодрствования — можно отнести к определённой форме невежества, когда мы неправильно истолковываем возникающие проявления. Неосознанность способствует возникновению заблуждения. Мы можем плыть по течению, а можем пробудиться — произвести немедленное аналитическое исследование и понять, что, несмотря на то что объект проявляется в соответствии с нашим способом восприятия как нечто само по себе реальное, подобное проявление является не более чем иллюзией.

С точки зрения нашего обычного понимания реальности подобное аналитическое исследование феноменов ставит всё с ног на голову. Но даже если к этому моменту мы полностью убедились, что «ни один из феноменов не существует», наше нынешнее понимание является исключительно концептуальным. В тибетском буддизме концептуальное понимание сравнивается с заплаткой на одежде, которая рано или поздно всё равно отвалится. Только регулярная практика йоги сновидений в состоянии бодрствования может привести нас к глубокому пониманию, а также подготовить к пробуждению и от ночных, и от дневных грёз. Как сказал Чагдуд Тулку Ринпоче — один из наиболее выдающихся лам, дававших учения на Западе, — «все практики йоги сновидений принимают за основу однонаправленную концентрацию на иллюзорности опыта, который мы переживаем в состоянии бодрствования»[42].

Практика иллюзорного тела

«Поймите, — продолжает Падмасамбхава, — поскольку все эти предметы, лишённые постоянства, стабильности и устойчивости, не обладают независимой природой, они сродни иллюзиям». Что можно сказать об иллюзорных предметах? Нам кажется, что они существуют, но они отсутствуют в том месте, где проявляются. Мы уже исследовали собственное «я», атом, человека, который является «полным ничтожеством», и даже такой обычный предмет, как карандаш. И, возможно, вы уже согласились, что в результате аналитического исследования выясняется: эти объекты иллюзорны — они не существуют в реальности, хотя и проявляются таким образом, словно действительно обладают независимым существованием «вещи в себе». Мы полагаем, что они существуют, но при этом не можем «ухватиться» ни за что конкретное. В нашем уме существует идея об индивидуальном «я». Но с точки зрения феноменологии — то есть в рамках нашего прямого опыта — мы никогда не сталкивались с подобным «я», которое было бы реально существующим и ни от чего не зависящим и соответствовало бы нашим концепциям о нём. И это верно для любого из исследуемых объектов. Падмасамбхава предлагает нам по-новому взглянуть на реальность — воспринимать каждый момент, каждую ситуацию, каждого индивидуума как что-то, являющееся непостоянным и подверженное изменениям; как то, что на самом деле не существует, а, скорее, проявляется как иллюзия, как сновидение.