Проделки собаки-улыбаки

Как только Ада выбралась из салона, она устроила забег на круговую дистанцию, знаете да, как на ипподроме. Зрелище, я вам скажу, забавляющее. Возомнив себя лошадью, этаким рысаком, Адка пронеслась галопом, несколько кругов, потом рысцой, запыхавшись, упала на спину и начала кататься, валяться, тереться о траву, перекатываясь с боку на бок. Потом вскочила на все четыре лапы и «воткнула» нос в землю что-то учуяла. Нюх сюда, нюх туда и как подпрыгнет от неожиданности. Перед самым её носом выпрыгнула здоровая лягушка, которая не спешила упрыгивать от надвигающейся опасности. Собака уставилась в одну точку и замерла. Лягушка сидела неподвижно, Ада тоже. Ещё немного времени и Аделия ткнула в неё носом, та подпрыгнула и рванула куда подальше. Моя четвероногая подружка припустила за ней, только видимо из солидарности, не как перемещаются собаки, а прыжками, очень схожими с лягушачьими скачками. И вот они скачут друг за другом, только в отличие от лягухи, собака щёлкает пастью, в попытках прихватить несчастное животное.

– Фуу, нельзя, отстань от маленькой, что она тебе сделала? – крикнула я Адке. После нескольких попыток, собака всё же отстала от лягушки.

Вечером мы отправились на озеро, там потрясающий вид. Огромный водоём, по краям которого высокий ярко-зелёный осот, а над водой свисающие косами ветви ив и красующиеся в белоснежных нарядах кусты черёмухи. Вода прозрачная точно слеза, изредка содрогающаяся от дуновения ветерка или выныривания головастиков. Небо окрасилось багрянцем, значит завтра, будет жаркий день. Недолго думая четвероногая плюхнулась в воду, фыркая, погребла к середине озера, потом развернулась и вернулась, подплывая практически к берегу, вдруг резко притормозила и поплыла обратно, да так несколько раз. Вдоволь наплававшись, она выгребла на берег и двинулась прямиком ко мне.

– Фуу, нельзя, стой, отряхнись! – крикнула я и поспешила отойти в сторону, ой, где там. Меня проигнорировали, ещё парочка секунд и я стою, обтекаю, словно попавшая под дождь или спонтанно появившийся фонтанчик.

– Ну, спасибо, дорогая, уважила! – выдавила я из себя, дрожа от холода. Было бы лето другое дело, а так ледяная вода заставила поёжиться.

На обратной дороге Адка столкнулась с ежом, тот свернулся клубком, а эта моя любопытная мадам пыталась его перекатить лапой, видимо в поисках начала, то есть головы.

– Ко мне, рядом, пошли уже, хватит ко всем приставать! – скомандовала я собаке.

На другой день, действительно, погода порадовала ни ветерка, ни дождинки, ни росинки. Тепло хорошо птички поют и жужжат трудолюбивые шмели. Кому хорошо, конечно, тем, кто не суёт свой любопытный нос, куда не следует, а вот Ада опять отличилась. Увидев жужжащее насекомое, которое порхало с цветка на цветок, она подбежала к нему и попыталась понюхать его. Это пушистому трудяге не понравилось, и он громко начал жужжать, возмущаясь. Ада вдохнула поглубже и чуть не втянула носом шмеля. Он успешно сманеврировал, но собака тотчас же подпрыгнула и сомкнула пасть вместе с насекомым. А вот дальше визг, вопль и возврат медоносного товарища. Она бегала и скулила.

– Ну что, не понравился тебе шмель? То-то же, не знаешь кто это, так не глотай. – прокомментировала я.

Я думала, что четвероногая подруга навсегда забудет про охоту на шмеля, но я ошиблась. Не удачная попытка привела к отличному опыту и сообразительности, впоследствии Аделия научилась лихо справляться с пойманным трофеем, разделывая насекомое на части зубами, высоко поднимая губы, оставляя местечко с жалом не тронутым. Наблюдать за собакой, как она поедает медоносное лакомство смешно и увлекательно.

Оставшиеся дни прошли без особых происшествий. Всё-таки удивительное создание собака. Всё понимает, вот только сказать не может, да и не надо. Мы и так прекрасно понимаем друг друга. Вот такие приключения собаки-улыбаки я вам рассказала.