Прогулки по допетровской Москве

Еще одной особенностью уголовного права при Алексее Михайловиче был строжайший запрет на курение табака. С этим растением Русь познакомилась еще во времена правления Ивана Грозного — табак, считавшийся тогда лекарственным средством, в небольших количествах завозили английские купцы. Однако более-менее широким употреблением табака допетровская Русь была обязана восточным купцам. Вместе с «зельем» они завезли на Русь и устройство для его курения — кальян. В то время как в Западной Европе табак преимущественно нюхали, а курительные трубки лишь входили в употребление, в Москве появилось несколько заведений, в которых посетители могли покурить примитивные, самодельные кальяны. Люди, не привычные к курению, отравлялись никотином. Поэтому табак уже в те далекие времена наши предки воспринимали как своего рода наркотик. «Водили его в подполье к одному греку — курить табак из коровьих рогов, налитых водой: накуривались до морока — чудилась чертовщина, сладкая жуть», — рассказывается в романе А. Н. Толстого «Петр I» о столичных приключениях одного из персонажей. Но запрещен был табак по другой причине. Постепенно употребление табака ширилось, и многие начали курить его сами, не утруждаясь посещением «подполья». При расследовании причин многочисленных московских пожаров народная молва все чаще обвиняла курильщиков из-за их «баловства с огнем». Протестовали против курения и духовные власти, считавшие эту забаву дьявольской, противоестественной: «носу питания не положено», утверждали они. В Соборном Уложении 1649 г. за курение предусматривались следующие наказания: «А которые стрельцы и гулящие всякие люди с табаком будут при дворе дважды и трижды, и тех людей пытать и не однова бить кнутом… по торгам. А за многие приводы у таких людей порога ноздри и носы рвати. Кто русские люди или иноземцы… табаком учнут торговать, и тем… чинить наказания без пощады, под смертною казнею, и дворы и животину имая продавать, и деньги имать в государеву казну». Обычно за уголовные преступления законы допетровской Руси предусматривали разную меру наказаний для мужчин и женщин. За употребление и продажу табака женщины должны были отвечать наравне с сильным полом! Именно тогда родилась поговорка: «дело — табак», то есть обстоит крайне плохо. Употребление табака было разрешено — более того, даже одобрено — лишь при Петре I.

Разумеется, находись Земский приказ поблизости от царской резиденции, это нарушало бы чинную кремлевскую жизнь и осложняло бы деятельность стражи на воротах — Кремль в ту пору отнюдь не был «проходным двором». За зданием Земского приказа проходила стена Китай-города.

В 1568 г. на выезде с площади в этой стене были построены ворота, получившие название Неглиненских. В документах более позднего времени Неглиненские ворота иногда называют Триумфальными: через них, возвращаясь из походов, торжественно въезжали на площадь цари.

Едва ли не с момента постройки Юрием Долгоруким первого московского Кремля через реку Неглинную в том месте, где от города начиналась дорога на Тверь, существовал мост. В XV в, он был перемещен на то место, которое соответствует современному Историческому проезду — напротив Неглиненских ворот Китай-города. Сначала он был деревянным, а с 1603 г. — из белело камня. Вместо перил по его сторонам были установлены бойницы но образцу зубцов кремлевской стены Этот мост был достаточно широк — в XVII в, на нем размещались лавки (новшество, которое русские купцы «подсмотрели» в западно-европейских городах), в которых торговали фруктами, и еще оставалось место для проезда. Рядом с мостом на Неглинке стояла водяная мельница.

К 1680 г. Неглиненские ворота сильно обветшали, и их перестроили. В ходе реконструкции над двухпролетной аркой ворота были надстроены двухэтажными палатами, над которыми вознеслись две небольшие башни, увенчанные восьмигранными шатрами. Во время въезда на площадь иностранных послов, направлявшихся в Кремль для аккредитации, в этих палатах находились представители царствующего дома, если у них возникало желание тайком посмотреть на иноземцев до того, как они появятся в Грановитой палате. Неподалеку, на дороге, которая вела в Тверь, стоял Воскресенский монастырь. Поэтому над въездом ворот укрепили икону Воскресения Христа, после чего ворота официально переименовали в Воскресенские.