Прогулки по Петербургу с Виктором Бузиновым. 36 увлекательных путешествий по Северной столице

В нашем сознании Крестовский остров неразрывно связан с театром Александра Блока. Именно здесь на Большом Крестовском мосту появляется Незнакомка – нездешняя голубая звезда. Помните? «Конец улицы на краю города. Последние дома, обрываясь внезапно, открывают широкую перспективу: темный пустынный мост через большую реку. По обеим сторонам моста дремлют тихие корабли с сигнальными огнями».[80] Это описание Большой Зелениной улицы и Большого Крестовского моста через Малую Невку.

Наряду с дворцом Белосельских-Белозерских, «Крестов ским садом» и кафешантаном, на острове были и жилые дома, в которых селился не очень состоятельный люд. На удаленном от центра топком острове не было ни канализации, ни электрического освещения, ни трамвая, да и приличных мостовых почти не было. Словом, деревня деревней. Несколько высоких каменных домов – и скопище деревянных, одно– и двухэтажных со своими курятниками, сарайчиками, палисадниками. Воду брали из речек. Так, на Средней Невке была водокачка, стояла деревянная избушка, в которой жил сторож, за плату отпускавший воду. Здесь же рядом в речке полоскали белье. Неудивительно, что летом 1918 года на Крестовском острове и в Новой Деревне обнаружили очаги холеры.

Заброшенность Крестовского острова, его отдаленность от центра, то, что на острове находились брошенные, заколоченные дачи, создавали иллюзию, что там можно укрыться от революции, переждать ее. Так пытался поступить поэт Саша Черный. Это, конечно, – нереально, поэту пришлось покинуть Россию. В 1920 году он написал стихотворение «Весна на Крестовском».

О родине каждый из нас вспоминая,в тоскующем сердце унескто Волгу, кто мирные склоны Валдая,кто заросли ялтинских роз…Под пеплом печали храню я ревнивоПоследний счастливый мой день:Крестовку, широкое лоно заливаИ Стрелки зеленую тень.

Здесь же на окраинном Крестовском острове Алексей Толстой помещает таинственную лабораторию, где нашли труп двойника изобретателя и авантюриста инженера Петра Гарина. «В Ленинграде, на рассвете, близ бонов гребной школы на реке Крестовке остановилась двухвесельная лодка. Из нее вышло два человека…». Это роман «Гиперболоид инженера Гарина».

В наводнение 1924 года весь остров затопило. Жители первых этажей со всем своим скарбом спасались у верхних соседей. Разрушения оказались громадные.

Постепенно остров благоустраивался. Появились мощеные улицы, водопровод, стал ходить трамвай. А в конце 1920-х годов на острове началось строительство двенадцати новых четырехэтажных корпусов из шлакобетона (или газобетона), как его называли. Это был новый метод «быстрого строительства», дом строился за 40 дней. Некоторые из них можно видеть и сейчас вдоль Морского проспекта. Сегодняшним требованиям комфорта они явно не отвечают, да и внешний вид у них не очень, но тогда, наверное, они свою роль сыграли. Ведь много позднее так называемые «хрущевки» тоже помогли, если не решить жилищную проблему, так хотя бы на время снять ее остроту. Кстати, дом № 25 по Морскому проспекту когда-то назывался «Кошкин дом». Уж не знаю почему, вроде здесь было женское общежитие.[81]

Но все же Крестовский традиционно считался местом отдыха, особенно связанного с водными видами спорта. Здесь появилось много гребных станций, которые пользовались популярностью и до революции, и после. В том же романе «Гиперболоид инженера Гарина» приметы здешних мест – это и солнечные зайчики на лакированных бортах гичек, и мускулистые загорелые гребцы.

«Гичка вошла в узкую с пышными берегами Крестовку, где в зеленой тени серебристых ив скользили красные платочки и голые колени женской учебной команды».

Видимо то, что на Крестовском издавна существовали водные станции, то есть над островом витал спортивный дух, побудило советское правительство в 1930-е годы объявить Крестовский остров «одной из главных баз физкультуры и спорта в Ленинграде». По инициативе С. М. Кирова, наши Острова преобразовывались в Центральный парк культуры и отдыха, и каждый остров играл в нем свою роль. Елагин с его дворцом, павильонами, пейзажным парком становился местом прогулок, тихого отдыха; Каменный – здравницей, а Крестовский – местом физкультуры, спорта, массовых народных праздников. И в 1932 году мастерской под руководством Александра Никольского было поручено проектирование громадного стадиона на 100 тысяч мест. Так случилось, что этот стадион и парк вокруг него стали для Александра Никольского «главным делом жизни».