Прогулки по Петербургу с Виктором Бузиновым. 36 увлекательных путешествий по Северной столице

Тревожные известия 2008 года: «Санкт-Петербург. К строительству в трехкилометровой охранной зоне вокруг Пулковской обсерватории следует подходить крайне осторожно». Такое мнение высказал в ходе посещения обсерватории спикер Совета Федерации Сергей Миронов, передает корреспондент Балтийского информационного агентства (БИА).

«Недалеко отсюда проходила знаменитая первая железная дорога между Петербургом и Царским Селом. Первоначально ее планировали построить рядом с обсерваторией, под холмом. Но ученые убедили Николая I, что поезда повредят работе обсерватории, и он перенес место строительства. Нужно хорошо подумать, прежде чем строить что-то рядом с таким научным учреждением. Все-таки мы живем не в Люксембурге, и в России нельзя говорить, что не хватает земли. Почему-то очень часто застройщики находят ее рядом с культурными и научными учреждениями», – отметил С. Миронов.

Напомним, что по новому, недавно принятому генеральному плану, стало возможным ограниченное строительство (не выше 11 м и без мощных источников света и тепла) в трехкилометровой зоне вокруг обсерватории. По мнению сотрудников учреждения, супермаркеты или коттеджи, возведенные рядом с обсерваторией, могут негативно повлиять на точность измерений».

Кажется, речь о переезде обсерватории на Кольский полуостров уже не идет (были и такие предложения). Но все ближе подбирается город, все выше поднимаются стены мощных супермаркетов. Не пришлось бы астрономам, как в николаевскую эпоху, паковать чемоданы… Надеюсь, что нет.

Невский район

«Кулич и Пасха»

Район этот при другом стечении обстоятельств мог бы стать для меня родным. Здесь, в одном из домов недалеко от церкви, жили мои дедушка с бабушкой. Тогда дед работал на Обуховском заводе. Здесь родился мой отец. Потом семья уехала в Краматорск, оттуда в эвакуацию, деда направили, в конце концов, в Бежицу (Брянск) поднимать сталелитейное производство, разрушенное войной. Но кое-что из воспоминаний ленинградского детства отец мне передал. Как ездили «на природу» в деревню Мурзинку, например. Или про «дома-корабли». Современно звучит, да? В 1924 году во время одного из крупнейших наводнений, несколько бревенчатых домов по соседству с нашим домом сорвало с фундаментов и, когда вода спала, они плавно опустились уже на других местах.