Прогулки по Петербургу с Виктором Бузиновым. 36 увлекательных путешествий по Северной столице

Все быстро и резко меняется в нашем мире. Совсем недавно даче Е. К. Гаусвальд грозил снос. Читаем в прессе: «В постсоветское время здание перешло во владение коммерческой фирмы и долгое время не отапливалось. К 2008 году оказалось в аварийном состоянии. Как пояснил замдиректора „Спецпроектреставрация“, около 85 % конструкций было уничтожено разрушающим древесину белым домовым грибом. По решению Совета по сохранению культурного наследия, дача Гаусвальд будет снесена». Оцените горькую иронию последней фразы. Невольно в голову приходит мысль: а как же во всем мире борются с этим самым «белым домовым грибом»? Но как всегда на вопросы «Что делать?» и «Кто виноват?» в России ответа не сыщешь.

После выступлений прессы и возмущения общественности принято решение провести еще одну экспертизу дачи, сделать попытку все же спасти уникальный памятник модерна… Но пока что вопрос остается открытым.

И одно из последних сообщений прессы: 3 марта 2011 года: «Специалисты Комитета по государственному использованию и охране памятников (КГИОП) администрации Санкт-Петербурга провели визуальный осмотр мест вскрытий фундаментов, перекрытий и стен объекта культурного наследия регионального значения „Особняк Гаусвальд с тремя службами, участком парка и оградой“ („Главный дом“). Как сообщили ИА REGNUM сегодня, 3 марта, в пресс-службе комитета, в ходе обследования было выявлено, что участок, примыкающий к каменной башне, поражен гнилью деревянных конструкций несущих стен и балок перекрытий с 1-го этажа до крыши, то есть стропила стоят практически без опоры. В соответствии с актом КГИОП выполняется техническое заключение с выводами и рекомендациями по устранению аварийности. Доступ людей на аварийный участок запрещен»…

По берегу реки Крестовки

Во время этой прогулки Виктор Михайлович предался воспоминаниям детства. Оказывается, у него, как почти у всякого ленинградского послевоенного мальчишки, было, что вспомнить и о стадионе «Динамо», и о выезде на лодках в залив, и о купании на полупустых по будням пляжах. Иногда мне казалось, что Виктор Михайлович пересказывает… повести Вадима Шефнера, такими узнаваемыми были реалии. Только Шефнер рассказывал о довоенном детстве, а Бузинов – о послевоенном.

Из трех островов, создающих для петербуржца географическое пространство «Острова», Крестовский – самый большой.[78] Его площадь около 420 га. Он и в море выдается значительно дальше, чем соседний Елагин. Но из трех островов он, пожалуй, «скромнейший». Может быть, из-за того, что остров этот – самый низкий из трех, и при любом, даже небольшом, подъеме воды в Невской губе он подтапливался или затоплялся.