Прогулки по Петербургу с Виктором Бузиновым. 36 увлекательных путешествий по Северной столице

Там открывалась новая страна —Песчаная, свободная, чужая…И было мне смешно смотреть на этихСкучающих солдат в зеленой форме,Лениво ограждающих рабовОт вольных, или вольных от рабов…На русский бесприютный храм, глядящийВ чужую незнакомую страну.

Теперь за Курортом нет уже станции Дюны, которая когда-то была конечной станцией Приморской железной дороги и находилась близ переходного таможенного пункта. Только на старой открытке сохранилось изображение той самой «бесприютной» церкви в Дюнах. По воспоминаниям старожилов, когда поезд приходил на станцию Курорт, состав отцеплялся, а паровоз с двумя вагончиками шел дальше в Дюны, где на полустанке Школьная находилось заведение для больных мальчиков, которые жили и учились там круглый год на полном пансионе.

Церковь у станции Дюны. 1900-е годы

В 1925 году Приморскую дорогу соединили с Финляндской, продлив ее до станции Белоостров. Немного раньше закрыли Приморский вокзал, и его функции передали Финляндскому. Исчезло старое здание вокзала, а вместе с ним – память о былой (правда, довольно сомнительной) славе этих мест. Современники вспоминали, что жизнь в Новой Деревне начиналась с закатом и продолжалась до рассвета. Обилие ресторанов – «Вилла Родэ», «Ливадия», «Кинь-Грусть», «Славянка». И – цыгане, кафешантанные певички, девицы, интригующие клиентов фразами типа: «Я – Незнакомка. Желаете познакомиться»? Блоковские места. Действительно, в «Записных книжках» Блока частенько попадаются записи типа: «Приморский вокзал. После ужина, приехав на лихаче, пью шампанское, поцеловав ручку красавицы. Что-то будет?». И знаменитые строки:

Я сидел у окна в переполненном зале,Где-то пели смычки о любви.Я послал тебе черную розу в бокалеЗолотого, как небо, au.[85]

– возможно, родились под впечатлением одного из вечеров, проведенных в «Вилле Родэ». А кто адресат стихотворения – так и осталось неизвестным. Может быть (это только предположение) – красавица Ольга Глебова-Судейкина, героиня «Поэмы без героя» Анны Ахматовой…

Приморская железная дорога. Мост между станциями Курорт и Дюны. 1900-е годы

Современная Приморская дорога проходит сначала по территории Приморского района, затем – Курортного. И вот в Тарховке, рядом с железнодорожной станцией (на территории санатория Министерства обороны) сохранилось красивое здание, отличающееся несомненными архитектурными достоинствами. Это уже не стиль модерн с его свободными текучими линиями, а скорее – неоклассика. Дом считается памятником архитектуры, охраняется государством, но находится не в самом лучшем состоянии. А жаль – ведь это дача Петра Александровича Авенариуса – председателя Общества Приморской железной дороги, вдохновителя и организатора строительства и самой дороги, и Сестрорецкого курорта.

Жизнь Петра Авенариуса могла бы дать материал для увлекательного романа. Своим родоначальником Авенариусы считали некоего Ивана Хабермана, родившегося в 1516 году в чешском городе Эгере. Окончив Пражский университет, он, по обычаям того времени, перевел свою фамилию (означавшую «овсяный») на латынь и стал Авенариусом. Многие поколения рода Авенариусов были пасторами, учеными, врачами. Наш Петр Александрович был младшим представителем самой младшей линии дома и родился в 1843 году в Петергофе. До сих пор на Свято-Троицком кладбище в Старом Петергофе можно найти могилы Авенариусов и их многочисленных родственников. Двоюродный брат Петра Авенариуса пишет о нем: «Не было предмета (реального, а не отвлеченного), которого бы он не сумел сложить, разложить, опять сложить, и, наконец, смастерить…».[86] Еще учась в гимназии, Петр устроил у себя во дворе мастерскую и вместе с товарищем соорудил… маленький пароход, на котором доплывал до самого Кронштадта. Причем, все токарные, кузнечные и литейные работы юноша произвел самостоятельно. Из Технологического института Авенариус ушел в Корпус корабельных механиков и, еще будучи юнкером, посетил на мониторе «Первенец» Копенгаген и Стокгольм, а, став кондуктором,[87] отправился на фрегате «Александр Невский» в Средиземное море. Когда фрегат потерпел крушение, Петр Александрович вернулся в Петербург сухим путем. Человек неуемный, он заведовал одной из казенных мастерских, занимался приемкой ружей по новой системе и частной работой на заводе Путилова. С 1871 года он служил в Московско-Брестской железнодорожной компании, затем фактически основал Общество Приморской железной дороги и, наконец, увлекся новой идеей – созданием курорта европейского типа под Петербургом.

Дача П. А. Авенариуса в Тарховке