ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА

Вполне возможно, что способов кровосмешения было несколько, и все они зависели от климатических зон и ландшафтных условий существования праобщин, т.е. от их образа жизни кочевого или оседлого. Может быть, это было взаимное выкрадывание женщин из соседних популяций, оформляемых как охотничьи мероприятия в качестве обучения вышедших из подросткового возраста молодых архантропов. Если происходил такой насильственный увод женщин в свои поселения, то на первых порах в новых условиях ничего хорошего им не приносило. Вполне возможно в сексуальном плане с ними обращались довольно жестко, чем снижалось половое напряжение внутри праобщин. Ян Линбланд в своей книге «Человек – я, ты, и первозданный» так описывает один из элементов жизни свирепого племени яномамо: «Дефицит женщин делает их весьма желанным товаром. Мужчины незаметно подкрадываются к чужому шабано (поселку данного племени. Прим. Автора) высматривая женщину, которая вышла за ограду собирать хворост. В сопровождении вооруженного супруга она направляется домой с тяжелой ношей; внезапно ее спутника поражает град стрел и женщину уводят в плен. Отойдя подальше, участники набега успокаиваются и по очереди насилуют несчастную. Приведя добычу к себе в шабано, ее передают другим мужчинам, и она переходит из рук в руки, пока не достается кому-то по жребию в жены».

 

Таким образом, можно сказать, что у архантропов, а позднее и у палеоантропов для снятия полового напряжения между мужчинами из-за женщин праобщин существовало два способа. Собственно оргиастические праздники внутри праобщин, которые происходили один раз в год, а так же оргиастические нападения на мужчин или женщин другой праобщины большей по численности группы на меньшую. Такие оргиастические нападения из-за их эффективности переноса генного материала, просуществовали, в той или иной форме, очень долго, практически до наших дней. С материалами об этом, например, можно ознакомиться в трудах Б.Малиновского(218) об обычаях йауса с островов Трабриан (Меланезия)(219).

 

Может быть, и вполне вероятно, из-за отсутствия семейных отношений в родственных популяционных группах палеоантропов существовали добровольные переходы женщин в группы своих избранников. Психика женщин архантропов и палеоантропов, скорее всего, была предрасположена к таким перемещениям. У них было больше реликтовых психологических феноменов, которые остались от хабилисов и австралопитеков и поэтому они меньше страдали ностальгией и быстрее привыкали к порядкам в популяционных группах их приютивших. У женщин, как говорится, была короче память. Это было выработано индивидуальным отбором для того, чтобы скорее забыть условия существования в своей родной группе и даже забыть отношения с предыдущим мужчиной - отцом ребенка. Этот феномен короткой памяти перешел и к женщинам нашего вида и является для современных мужчин одной из загадок женского характера. В настоящее время он так же необходим. В моменты ухода молодой женщины в другую семью; для того чтобы забыть предыдущий неудачный контакт с мужчиной или забыть жизнь с другим мужчиной при очередном выходе замуж. Это все дает возможность быстро адаптироваться в окружающей социальной среде и спокойно без нервного надрыва родить и воспитать детей. Поэтому когда мужчина, предавшись воспоминаниям прошедших эпизодов совместной жизни, с чувством произнесет, - «Дорогая! А помнишь, как мы с тобой пять лет назад отдыхали в Анатолии, купались в море, нежились на пляже, пили прекрасное вино и закусывали его шашлыком! Самое вразумительное, что вы можете получить от любимой это равнодушное – Да, помню. И все! Для нее это событие уже давно практически исчезло из памяти и, поэтому, и нет такого эмоционального всплеска, как это бывает в подобных случаях у мужчин. Поэтому практически нет женских мемуаров. Женщина не живет прошлым как мужчина, в котором находится его жизненный опыт, помогающий не делать ошибок в настоящем. Все ее помыслы находятся в настоящем и в будущем, а начало этому феномену короткой женской памяти именно в период формирования первых людей.

 

Переходы из одной праобщины в другую кроме женщин другим членам коллективных образований был не возможен. Даже дети не приживались в других популяциях. Последние исследования психологических особенностей приемных братьев и сестер четко показывают, что влияние семейной среды на них не велико. Если в раннем детстве познавательные способности сходны, то уже в подростковом возрасте эта связь полностью исчезает, т.е. долгосрочный вклад в общей семейной среде очень мал. (Plomin, 1988). Таким способом, в данных вопросах не работал групповой отбор, и нет генетической предрасположенности к отношениям детей в приемной семье. Хотя ведь можно предположить и то, что такое положение было из-за того, что подростки никогда не жили в протосемьях, а жили, как мы знаем отдельной группой, но на территории своего коллективного образования будь то праобщина или ее производные.