Происхождение. Как Земля создала нас

Сырая нефть – крайне сложная смесь из углеродных соединений разного размера, которую можно сепарировать на фракции при помощи дистилляции. Эти фракции поначалу применялись как смазка для паровых машин и других механизмов, а керосин – для освещения городов. Но по-настоящему потребление нефти начало расти с изобретением современного двигателя внутреннего сгорания – это произошло в Германии в 1876 году[624]. Бензин, полученный из сырой нефти при рафинировании, сначала считали слишком летучим и опасным для применения, но оказалось, что нет лучше топлива для поршней нового двигателя. Сегодня мы применяем еще и авиационный керосин, чтобы летать над облаками на самолетах. Длинные углеводородные соединения в этом жидком топливе содержат гораздо больше энергии, чем уголь, и поэтому представляют собой поразительно концентрированные портативные хранилища движущей силы для транспорта

[625]. Но нефть не только питает наши автомобили: без нее невозможно и проложить гладкие дороги, по которым мы ездим, – вязкий асфальт состоит из самых длинных углеводородных молекул в неочищенной нефти[626]

.

Нефть так привлекательна, поскольку стоит высоко в рейтинге энергетической рентабельности (Energy Return on Investment index, EROI index), а это значит, что в ее добычу и очистку нужно вложить совсем немного энергии, а дает она очень много

[627]. К тому же ее гораздо легче транспортировать, чем каменный уголь: можно просто передавать ее на огромные расстояния по трубопроводам. Именно эта беспроигрышная комбинация высокой плотности энергии, простоты в транспортировке и относительного изобилия и превратила нефть в важнейший источник энергии в современном мире. И не только в качестве топлива. Около 16 % производимой ежегодно нефти не сжигается, а применяется как исходное сырье для самой разной органической химии: из нефти делают все что угодно, от растворителей, клеев и пластмасс до фармацевтических препаратов. Немыслимо без нефти и современное интенсивное сельское хозяйство. Из нее синтезируют пестициды и гербициды, контролирующие искусственную сельскохозяйственную среду и повышающие ее урожайность, она служит топливом для тракторов и комбайнов, возделывающих поля; производство химических удобрений тоже невозможно без углеводородной энергии. Нефть питает ваш автомобиль – а еще вы пьете ее за каждой трапезой.

Земля производит каменный уголь, нагревая слежавшиеся болотные деревья, а нефть и природный газ образуются из остатков микроскопического морского планктона. Жизнь в океанских водах бурлила гораздо раньше, чем растения успели колонизировать массивы суши, однако нефть, питающая нашу цивилизацию XXI века, сформировалась примерно через 200 миллионов лет после буйных лесов каменноугольного периода. Эта нефть образовалась в исчезнувшем океане Тетис в два этапа – около 155 и около 100 миллионов лет назад[628]

, в конце юрского и в середине мелового периода.

Пронизанные солнцем поверхностные воды земных океанов сегодня кишат микроскопическими живыми организмами, которые принято называть общим термином «планктон». Основу океанских экосистем составляет обычно фитопланктон – диатомеи, кокколиты и динофлагелляты. Эти одноклеточные фотосинтезирующие организмы растут на солнечной энергии, при помощи которой они улавливают углекислый газ и образуют из него сахара и другие необходимые им органические молекулы, а в качестве побочного продукта, как и растения, выделяют кислород. Амазонские джунгли часто называют легкими планеты, но на самом деле большую часть кислорода, которым мы дышим, производят мириады фитопланктона, дрейфующего в морях. И когда для его роста складываются подходящие условия, в воде накапливаются поразительно плотные популяции этих одноклеточных: молочно-бирюзовые облака кокколитов в воде видны даже из космоса.

В царстве планктона достаточно и зоопланктона – микроскопических травоядных и хищников вроде фораминифер и радиолярий. Эти микроорганизмы способны пропускать крошечные щупальца в поры своих изящных раковин, чтобы ловить и пожирать менее удачливый планктон. И фитопланктон, и зоопланктон, в свою очередь, становятся добычей рыб, которых едят более крупные рыбы, а также отфильтровываются из морской воды китами, которые заглатывают их в огромных количествах, – а следовательно, планктон служит основой всей океанской пищевой сети. Если планктон не попадается хищникам и умирает естественной смертью, его перерабатывают гнилостные бактерии, которые перерабатывают углерод и другие питательные элементы и возвращают их в экосистему. Планктонная экосистема, состоящая из производителей, хищников, падальщиков и биоредукторов, не менее сложна, чем Серенгети с ее травой, газелями, гепардами и стервятниками, просто все это разыгрывается в микроминиатюре в сверкающих поверхностных водах земных океанов.