Пропащие души

Зи совершенно не удивилась, что ФБР немедленно вмешалось, чтобы взять под контроль информационный поток и очистить новости от лишних подробностей. Конечно, там не было ни слова о том, что существовали группы «пропащих», прошлая или нынешняя, что существует сыворотка, а Брандт на самом деле – Кевин Бэсуик. В официальной версии сообщалось, что в доме Брандта были найдены улики, подтверждающие, что он убил Лили Карпентер. Патрицию превозносили за то, что она выследила Брандта и пожертвовала своей жизнью, попытавшись арестовать его. Когда Брандт застрелил ее, объясняли они, он поджег дом и предположительно совершил самоубийство.

– Они выяснили, почему этот человек убил Лили Карпентер? – невинно поинтересовалась Зи.

– Лучшая их версия – ограбление, которое пошло не по плану. Начнем с того, что этот тип был психически нестабильным.

Зи пришлось буквально прикусить язык, когда она протянула руку к черничному маффину. Но звон в ушах заставил ее вскинуть голову. Впервые она услышала мысль отца, и она прозвучала так же громко и ясно, как и мысли других людей.

Но она потрясла ее до глубины души.

Она застыла, вцепившись в край стола, как в спасательный плот. Ее отец по-прежнему флегматично перелистывал страницы, но Зи понимала, что она только что услышала.

Почувствовав ее взгляд, он оторвался от газеты и увидел, как она смотрит на него широко открытыми глазами:

– Зельда, ты в порядке?

Она могла бы бросить обвинение ему в лицо в ту же секунду. Слова обжигали ей горло, стремясь вырваться на волю. Но кто знает, как он отреагирует?

Вместо этого она сдержанно кивнула, опустив глаза в пол.

– Я… это… забыла кое-что… наверху.

Ее ноги тряслись, когда она поднималась по черной лестнице в свою комнату, перешагивая через две ступеньки.

Только надежно укрывшись в своей спальне и плотно закрыв дверь, она достала свой телефон и позвонила Нэшу.

– Я знаю, кто купил сыворотку. Мы только что завтракали вместе.