Противостояние фюреру. Трагедия руководителя немецкого Генштаба. 1933-1944

В конце Бек упомянул обязанности руководителя Генерального штаба как верховного командира всех офицеров Генерального штаба: «Как таковой он ответственен за теоретическое и практическое образование офицеров Генерального штаба, за их воспитание, формирование характера и личности. То, что он говорит, должно соответствовать его личному поведению. Несоответствие между словами и поступками было бы для него смертельным и губительно повлияло бы на Генеральный штаб. Если он понимает, что находится перед ситуацией, которая при тщательнейшем рассмотрении субъективно оставляет ему только этот выход — и абсолютно все равно, если его точка зрения объективно ошибочна, — то в интересах Генерального штаба он должен оставить свое место другому. Сомнения в его прямолинейности исключены. На место руководителя Генерального штаба новых сухопутных войск нужно будет найти замену. В этом отношении он находится в более выгодном положении, чем главнокомандующий сухопутными войсками, который привязан к своей должности абсолютно другими обязательствами по сравнению с руководителем Генерального штаба».

Борьба вокруг вопроса о наиболее целесообразном устройстве военного командования в то время не была закончена. Со все возрастающей остротой она продолжалась в течение всего срока службы Бека и тянулась до начала войны. Затем, без сомнения благодаря огромному влиянию генерала Йодля (но решающим фактором была военная мания величия Гитлера), было найдено решение. Решение, дававшее главнокомандующему сухопутными войсками, по мнению Бека, не полагающуюся ему возможность влияния на общее ведение войны. Для такого человека, как Бек, было немыслимым исполнение его обязанностей как руководителя Генерального штаба сухопутной армии в той обстановке, что была с самого начала войны, а в ходе ее только ухудшилась и в конце концов привела к хаосу. Его заключительные слова, приведенные выше, позволяют оценить всю его глубоконравственную и высокопрофессиональную позицию, а также переполнявшее его чувство ответственности. Уравновешенный и прямолинейный человек, он не мог мириться с противоречиями между мыслями и поступками. В тяжелейших условиях, находясь во враждебном окружении, Беку все же удалось сохранить свою порядочность и мужество. Добровольным уходом в решающие часы с должности руководителя Генерального штаба и всем своим дальнейшим жертвенным путем Бек доказал, что для него нет «несоответствия между словами и поступками».

Бек как воспитатель Генерального штаба

Завершая этот краткий рассказ, взглянем на Бека как на воспитателя офицеров Генерального штаба и дадим слово ему самому. О том, какое значение придавал он духовному развитию и совершенствованию характеров своих офицеров и их смены, как понимал он подготовку лидеров, которые были бы в состоянии выполнить все разнообразные и постоянно увеличивающиеся задачи будущей войны, видно из его речи 15 октября 1935 года на праздновании стодвадцатипятилетия военной академии:

«Как появляются великие военные лидеры всех времен — неизвестно. Точно известно только то, что нужно пройти путь от военного ученика через подмастерье к мастеру, особенно в новое и новейшее время, путь, полный тщательной непрерывной и мучительной работы над собой, которая позволит стать настоящим мастером. В этом смысле очень хорошо подходят слова генерал-фельдмаршала Мольтке: «Гений — это работа!» «Это, — отметил Шлифен 25 лет назад, — изречение человека, который лишь после 65 лет непрерывной работы использовал закат своей жизни, чтобы наголову разбить две державы. <…>