Псарь

– Плевать, какого! Хоть черного, хоть белого, хоть красного в мелко-зеленый горошек с розовым бантиком на макушке. Лучше поздно, чем никогда. Да и с возрастом, как видишь, не все просто. Здешние мужчины первые шестьдесят лет только и делают, что шляются по Асперанорру, – вещал Влад. – Размахивают разными железными предметами. Если им не проломили голову, не захватили в плен и они не сошли с ума, мужчины возвращаются в родные места с прилично набитым кошельком. Выбирают себе жену и плодят ребятишек. Подают бедным и помогают соседям. В общем, искупают милосердием грехи прошлых лет и скучают. И так год за годом…

– Кстати, а сколько длится год в Асперанорре?

– Шестнадцать месяцев. Шесть месяцев зима и два месяца лето. Кстати, довольно прохладное лето. По четыре месяца приходится на весну и осень. Месяцы не имеют названий. Только номера. Первый месяц зимы или, например, второй месяц лета. Каждый месяц состоит из трех недель. Каждая неделя из десяти дней. В году, как ты уже, наверное, подсчитал – четыреста восемьдесят дней. Что еще… Зимы достаточно холодные. Особенно здесь, на севере. К югу немного теплее.

– Хороший климат.

– Здоровый.

– А если бы я отказался с тобой ехать? – внезапно спросил я.

– Сам бы пришел, – равнодушно пожал плечами Влад. – Только с большими проблемами на хвосте. Еще бы и на старика беду накликал. Нечисть, она такая – долго разбираться не будет. Свой – чужой… Подцепили бы железным крюком за ребра и смотрели, как подыхаешь. Потом сожгли бы хутор.

– Старик мне рассказывал нечто другое. Что нечисть предпочитает не связываться с черными рыцарями.

– Может быть, и так, – равнодушно пожал плечами Влад. – Не знаю. В этой северной глуши все не как у нормальных людей. К югу жизнь течет по-другому. Там у нас нет иного выбора, кроме одного – убивать. Чтобы выжить.

Сидящий на его плече ворон вдруг встряхнулся и хрипло каркнул. Влад, не глядя на птицу, достал из кармана небольшой кусочек хлеба и подал ворону.

– Держи, обжора!

– Нур, это ведь ты меня нашел? – сказал я и покосился на птицу. – Крылатый бродяга! Чуть застежку не оборвал на куртке.

– Ка-арр-р!

– Нет, тебя нашел Нор, – покачал головой Влад. – У меня два ворона. Нур и Нор.

– У них что, разделение обязанностей?

– Можно сказать и так. Нор ищет таких, как ты. Попавших в этот мир. А Нур наблюдает за вами и решает – стоит вам помогать или нет.

– Смотри ты мне… А что бывает с теми, на которых ты не тратишь свое время?

– Погибают. Быстро и незаметно.

– Их находят и убивают?

– Бывает что и так. Но чаще всего они сами впутываются в какую-нибудь передрягу. Или сходят с ума, что тоже не редкость. Мир здесь простой и незатейливый. Трупом, лежащим на дороге, никого не удивишь.

Наши лошади шли рядом, и можно было говорить, не повышая голоса. Мы уже выбрались из долины, перебрались через узкий распадок между горными хребтами и теперь спускались к равнине. Дорога оказалась скучной, и Влад продолжил рассказ о мире, в который мы попали.

– Почти все, что тебе рассказал старик, это правда. Кроме нескольких незначительных мелочей.

– Каких именно?

– Рыцари Черных Псов не приходят в этот мир по зову дракона. То, что видел старик, было обычной кометой. Есть нечто могущественное, что держит в равновесии миры.

– Миры?

– Да. Не только этот мир. Наш тоже.

– Но мы-то здесь при чем?

– Не знаю. Но так уж получилось, что мы здесь и…

– Что?

– Не перебивай, – поморщился он. – Знаешь, чем больше я здесь нахожусь, тем больше убеждаюсь, что местные легенды про спасителей драконов и похищенные души… Как бы помягче выразиться… Они не имеют ничего общего с нами. Просто так получилось, что нам приходится подстраиваться под древнее предание. Кто-то решил, что парни, провалившиеся в этот мир, прекрасно подходят на роль рыцарей, истребляющих разную нечисть.

– Зачем?

– Не знаю. Наверное, чтобы заткнуть нашими тушками дыру между двумя мирами.

– Какую дыру?!

– Круглую, блин!

– Я что-то не понял…

– А оно тебе надо? Поговоришь с Анри, он тебе все и расскажет, – дернул щекой Влад и пришпорил жеребца: – Хэйс!

12

– Не переживай, – отмахнулся Влад, когда мы подъехали к постоялому двору. – Деньги у меня есть. Кстати, ты уже разобрался с местной валютой?

– Откуда у меня деньги? – Я лишь усмехнулся. – Правда, есть серебряная монета. Монах швырнул, когда мы встретились с ним на побережье. Это было в самый первый день. Я тогда только очнулся и плохо соображал, что к чему.

– Тебе повезло. Монах, видно, был пьян как сапожник. Иначе бы он быстро разобрался, кто ты есть и как на этом можно срубить деньжат.

– В смысле?

– Продал бы тебя со всеми потрохами, и все.

– Кому?

– Какому-нибудь местному оборотню или некроманту. Или знахарю, который изображает из себя хирурга.