Психика, сознание, самосознание

Исходя из всех этих аргументов, З. Фрейд приходит к выводу, что в нас нет второго сознания, а есть психические процессы, лишенные осознанности. Но необходимо иметь в виду (как это убедительно показывают исследования феномена «множественной личности»), что подсознательные психические содержания и процессы составляют систему или несколько относительно независимых друг от друга систем. Сам Фрейд справедливо полагал, что случаи «двойного сознания» или «расщепления сознания» (splitting of consciousness) означают расщепление психических процессов на две группы, которые сменяют друг друга. Такие случаи не противоречат гипотезе о существовании бессознательного и подсознательного в том их понимании, которые представлены в настоящей книге.

З. Фрейд считал термин «подсознательное» (subconsciousness) неправильным и вводящим в заблуждение. Но с этим вряд ли можно согласиться, о чем свидетельствует то, что нами сказано о подсознательном на предыдущих страницах.

Итак, еще раз отметим, что все суждения З. Фрейда относятся к определенной подсистеме подсознательного в том его понимании, которое представлено в настоящей главе нашей книги. Поэтому нет сомнения, что концепции Фрейда и исследования его последователей до сих пор остаются одними из источников идей и сведений, необходимых для развития теории уровней психической активности человека. В этом отношении представляют интерес, например, некоторые идеи И. Сарнофа, который предпринял попытку экспериментально доказать справедливость идей З. Фрейда. Говоря о мотивах человека, этот известный психоаналитик отметил, что под влиянием культуры и воспитания каждый индивид старается держать в секрете часть своих мотивов, причем не только от других, но также от самого себя. Подобные мотивы становятся подсознательными. (Сарноф и другие современные психоаналитики, следуя фрейдовской традиции, продолжают говорить о «бессознательном» там, где следовало говорить о подсознательном). Но становясь подсознательными, эти мотивы не перестают оказывать влияние на поведение человека. Наоборот, они вызывают напряжение, которое требует разрядки. Эти мотивы остаются мощными по той причине, что человек старается не осознать их существование. Для защиты от таких неприятных мотивов с детских лет у человека начинают формироваться защитные механизмы. Эти механизмы не позволяют человеку по-новому взглянуть на свои подсознательные мотивы. В виде бессознательных мотивов во взрослом человеке продолжает жить ребенок.

Однако бывают периоды жизни, когда, при особых обстоятельствах, индивид начинает осознавать свои до сих пор неосознанные мотивы, новые пути уменьшения того напряжения, которое они вызывают. Но для этого личность должна вновь переживать те неприятные эмоции, которые в свое время являлись стимулом для развития защитных механизмов. Даже те взрослые, которые добровольно желают с помощью психотерапевта добиться лучшего понимания корней своего поведения, оказывают сопротивление исследованию своих бессознательных мотивов. Это обстоятельство многократно и убедительно показал еще З. Фрейд[124]. Но защитные механизмы и трудности самопознания нами подробно обсуждаются в других монографиях.

§ 15. Язык и подсознательное

Изучение языка и речевых процессов имеет колоссальное значение для развития теории уровней психики. Микро – и макроструктура подсознательного в значительной мере совпадает с теми психическими содержаниями, которые в прошлом запоминались нами в речевых выражениях.

Такое понимание взаимосвязи речи и подсознательного позволяет обоснованно критиковать также примитивную рефлекторную концепцию психики. Такую возможность видел, например, Ф. Михайлов, который писал: «Мысль невысказанная, неосознанная, но уже действующая, не есть «механизм» временных нервных связей, она является определенной языковой комбинацией, с необходимостью вытекающей из высказанных и оформившихся мыслей по законам языка. Можно даже сказать, что объективная система народного языка, контекст речи часто требует определенного смыслового вывода, который четко еще не сформулирован»[125]. Лингвистические структуры, запечатленные в нашей памяти, в качестве «внутрипсихической ситуации» детерминируют ход нашего речевого мышления. Другим детерминирующим фактором является, конечно, объективная жизненная ситуация.

Вместе с тем подсознательное нельзя свести только к языковым структурам, поскольку: а) многое, особенно в первые годы жизни, человек воспринимает и запоминает без вербализации; б) в подсознательном сохраняются также эмоциональные, в основном невербализованные, содержания. Содержания подсознательной психической сферы многообразны, что нами показано на предыдущих страницах.