Читаем Психологическая война в стратегии империализма полностью

Так или иначе, но на первых порах империалистическая пропаганда не отличалась изобретательностью. С некоторыми коррективами она велась с помощью тех же методов психологической войны, которые применяли англичане и американцы против стран оси в 1939–1945 годах. Сказывалось отсутствие четкого представления о том, как переориентировать пропагандистскую машину против бывшего союзника и какие приемы и методы взять на вооружение взамен отслужившей свое пропагандистской рухляди. Сказывался и резкий поворот, осуществленный трумэновской администрацией, когда Советский Союз из союзника был превращен во врага номер один, по отношению к которому хороши все средства и методы. В числе их были и те, которые применялись антигитлеровской коалицией против общего противника, и те, которыми пользовался этот общий противник (гитлеровская Германия) против недавнего союзника США, Англии и Франции.

Через несколько лет после окончания войны мир был оглушен барабанным боем антисоветской кампании, разворачивавшейся по геббельсовским рецептам. Пропагандистская литература покойного политического шарлатана, его многотомные дневники стали предметом тщательного изучения. Его методы шантажа и запугивания, обмана и фальсификации преподносились в толстых монографиях и журнальных статьях как достойный подражания пример умелой обработки народных масс. В 1955 году статья одного из столпов американской теории пропаганды Л. Дуба «Геббельсовские принципы пропаганды», за пять лет до этого изданная в ученом ежеквартальнике «Паблик опинион куотерли», была включена в сборник руководящих статей по теории и практике массовой пропаганды для сотрудников Информационного агентства США10

.

Что же привлекало западных пропагандистов в наследии Геббельса? Искусная демагогия, игра на низменных чувствах, нагнетание страха, жонглирование шовинистскими и расистскими лозунгами, способность манипулировать ложью в точно отмеренных для каждого данного случая дозах, умение «создать факты» для возбуждения или успокоения общественного мнения, направить массовое недовольство на ложно истолкованный социальный объект и многие другие уловки фашистской пропаганды — вот что вызывало у руководителей и теоретиков западной империалистической пропаганды восхищение и стремление подражать. Эти люди забыли одно. Геббельсовская внешнеполитическая (не внутригерманская, а внешнеполитическая) пропаганда, особенно на Советский Союз или на советские территории, временно оккупированные фашистами, отнюдь не приносила ее вдохновителям тех плодов, на которые они рассчитывали. Гитлеровская Германия попыталась развернуть психологическую войну против Советского Союза на его территории с использованием радио и своей агентуры. Однако голос немецко-фашистского радио был голосом врага, захватчика, он вызывал лишь ненависть к гитлеризму, заставляя советских людей с надеждой следить за каждой весточкой из родных советских информационных источников, срабатывал вовсе не так, как ожидали в геббельсовском министерстве пропаганды. Антисоветская немецкая пропаганда геббельсовских времен имела какой-то успех на временно оккупированной гитлеровцами советской территории только у недобитых классовых врагов Советской власти и определенной части социально неустойчивых элементов, уголовников.

В конце концов, на Западе, поняв бесперспективность такой пропагандистской линии, стали искать новые рецепты. Однако по меньшей мере полтора десятка лет пропагандистские материалы «голосов» на русском языке и — языках народов СССР характеризовались грубой антисоветчиной, подчеркнуто враждебным тоном, изобиловали антикоммунистическими небылицами, бьющим в глаза поношением коммунистических идеалов и прославлением капитализма и буржуазного строя. Ложь и клевета на советскую действительность усугублялись подстрекательскими лозунгами, провокационными сообщениями, ободряющими посулами антисоветчикам. Лейтмотивом западной пропаганды «а СССР были откровенные призывы к свержению Советской власти.

Зарубежные «голоса» запугивали жителей Советской Прибалтики накануне выборов в органы власти: «Голосуйте, голосуйте, но голоса считать будем мы».

Пытаясь вставить палки в колеса социалистического строительства, «Свободная Европа» под диктовку своих хозяев и управляющих, американских разведчиц ков, терроризировала население восточноевропейских стран подстрекательскими передачами так называемой «черной книги». Ежедневно ее дикторы зачитывали своего рода «проскрипционные списки» активистов — общественников, передовиков производства, организаторов коллективных хозяйств и товариществ и т. п., называя их «доносчиками», подкупленными коммунистами и за деньги секретно сотрудничающими с органами безопасности. «Работайте медленно» черепашьими темпами!», «Замедляйте ход работы!» — призывали к саботажу «Голос Америки» и «Освобождение», формулируя основной лозунг придуманной ими тактики так называемого «индивидуального сопротивления коммунизму».

Перейти на страницу:

Все книги серии Империализм: события, факты, документы

Похожие книги

Качели
Качели

Известный политолог Сергей Кургинян в своей новой книге рассматривает феномен так называемой «подковерной политики». Одновременно он разрабатывает аппарат, с помощью которого можно анализировать нетранспарентные («подковерные») политические процессы, и применяет этот аппарат к анализу текущих событий. Автор анализирует самые актуальные события новейшей российской политики. Отставки и назначения, аресты и высказывания, коммерческие проекты и политические эксцессы. При этом актуальность (кто-то скажет «сенсационность») анализируемых событий не заслоняет для него подлинный смысл происходящего. Сергей Кургинян не становится на чью-то сторону, не пытается кого-то демонизировать. Он выступает не как следователь или журналист, а как исследователь элиты. Аппарат теории элит, социология закрытых групп, миропроектная конкуренция, политическая культурология позволяют автору разобраться в происходящем, не опускаясь до «теории заговора» или «войны компроматов».

Сергей Ервандович Кургинян

Политика / Образование и наука
Knowledge And Decisions
Knowledge And Decisions

With a new preface by the author, this reissue of Thomas Sowell's classic study of decision making updates his seminal work in the context of The Vision of the Anointed. Sowell, one of America's most celebrated public intellectuals, describes in concrete detail how knowledge is shared and disseminated throughout modern society. He warns that society suffers from an ever-widening gap between firsthand knowledge and decision making — a gap that threatens not only our economic and political efficiency, but our very freedom because actual knowledge gets replaced by assumptions based on an abstract and elitist social vision of what ought to be.Knowledge and Decisions, a winner of the 1980 Law and Economics Center Prize, was heralded as a "landmark work" and selected for this prize "because of its cogent contribution to our understanding of the differences between the market process and the process of government." In announcing the award, the center acclaimed Sowell, whose "contribution to our understanding of the process of regulation alone would make the book important, but in reemphasizing the diversity and efficiency that the market makes possible, [his] work goes deeper and becomes even more significant.""In a wholly original manner [Sowell] succeeds in translating abstract and theoretical argument into a highly concrete and realistic discussion of the central problems of contemporary economic policy."— F. A. Hayek"This is a brilliant book. Sowell illuminates how every society operates. In the process he also shows how the performance of our own society can be improved."— Milton FreidmanThomas Sowell is a senior fellow at Stanford University's Hoover Institution. He writes a biweekly column in Forbes magazine and a nationally syndicated newspaper column.

Thomas Sowell

Экономика / Научная литература / Обществознание, социология / Политика / Философия