Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности

К линии развития представлений о личностном смысле под функциональным углом зрения относится также многолетний цикл исследований мыслительной деятельности, ведущийся под руководством О.К.Тихомирова (см., например, Тихомиров, 1984; Васильев, Поплужный, Тихомиров, 1980). Этот цикл исследований имеет прямую связь с идеями, развиваемыми нами в настоящей работе, и основные его результаты будут изложены нами в разделах 2.6. и 3.7. в контексте проблемы системной организации смысловой сферы личности.

Вернемся теперь к третьей, наиболее важной в нашем контексте, линии развития концепции личностного смысла, а именно линии развития представлений о сущности смысла, о месте этого понятия в системе психологических понятий.

В первой главе мы уже охарактеризовали в общих чертах понятие личностного смысла, как оно выступило в первых публикациях на эту тему А.Н.Леонтьева, относящихся к 1944–1947 годам.

А.Н.Леонтьев ставил акцент на разведении личностного смысла и значения, подчеркивая, в частности, что смысл не является атрибутом значения, вопреки тому, как это кажется в интроспекции, и демонстрируя коренные изменения отношений между смыслами и значениями в ходе исторического развития сознания человека (1972). Смысл и значение, прежде всего, имеют разные источники: значения усваиваются субъектом в ходе распредмечивания человеческой культуры, они являются дериватом совокупной общественной практики, в то время как смыслы производны от реальных жизненных отношений конкретного субъекта, от его индивидуальной практики. П.Я.Гальперин (1945), в отличие от А.Н.Леонтьева, определяет и смысл, и значение сквозь призму индивидуальной практики: значение характеризует вещь в ее отношении к другим вещам, а смысл – ту же вещь в ее непосредственном отношении к индивиду. Похожее мы встречаем и у А.В.Запорожца (1960, с. 387).

Как мы указывали в самом начале, понятие личностного смысла с самого начала выступало у А.Н.Леонтьева как связующее звено между сознанием и деятельностью. С другой стороны, все основные положения, описывающие личностный смысл в структурном аспекте, были высказаны А.Н.Леонтьевым в контексте анализа сознания; личностный смысл неизменно рассматривался как одна из его главных образующих (Леонтьев А.Н., 1947; 1966; 1977). Диспропорция здесь вполне понятна, если учесть, что по отношению к деятельности смысл выступал преимущественно как продукт, дериват ее структуры, в то время, как в контексте анализа сознания смысл представал как существенный его детерминант, понятие смысла становилось объяснительным. В наиболее законченном виде отношения между сознанием и смыслом представлены в книге «Деятельность. Сознание. Личность» (Леонтьев А.Н., 1977), где личностный смысл описывается как одна из составляющих сознания, наряду с двумя другими – значением и чувственной тканью. Наиболее существенным, однако, в этой работе является рассмотрение смысла в новом контексте – в контексте проблемы личности. Личность характеризуется в этой работе не только как конфигурация «…главных, внутри себя иерархизированных, мотивационных линий» (с. 221), но и как связная система личностных смыслов (с. 212). Рассмотрение того, как именно личностные смыслы входят в структуру личности, в книге ограничивается лишь анализом иерархических взаимоотношений мотивов.

Как мы видим, само понятие личностного смысла не претерпело заметных изменений за время, прошедшее с середины сороковых годов до середины семидесятых. Вместе с тем, развивались и обогащались представления об отношениях между смыслом и деятельностью, смыслом и сознанием, смыслом и значением, смыслом и мотивом, смыслом и личностью. Понятие смысла включалось во все более широкие и разнообразные контексты, приобретало все большие объяснительные возможности. Усложнение содержания этого понятия требовало его дифференциации. Поэтому на смену первому этапу развития концепции личностного смысла, когда это понятие было единственным, описывавшим смысловую реальность, в середине 1970-х годов закономерно пришел второй этап, характеризующийся появлением ряда родственных понятий, описывающих различные, не совпадающие друг с другом, аспекты смысловой реальности.