Читаем Птицы полностью

Если так, то где же перышки?

Удод

Повылезли.

Эвельпид

Болезнь тому причиною?

Удод

Да нет. Зимою птицы перья старыеТеряют и отращивают новые.Но кто же вы. скажите мне.

Эвельпид

Мы смертные.

Удод

Где дом ваш?

Эвельпид

Где суда стоят прекрасно.

Удод

Вы судьи, значит?

Эвельпид

Нет, совсем напротив: мыВраги судей.

Удод

Да неужели водится
У вас такое племя?

Эвельпид

В селах, изредка.

Удод

А по каким делам сюда вы прибыли?

Эвельпид

Тебя хотели видеть.

Удод

Что за надобность?

Эвельпид

Ты прежде человеком был, как мы теперь,Долгов имел немало, как и мы теперь,И отдавать их не любил, как мы теперь.Затем ты сразу обернулся птицею,Вокруг земли летал, летал над морем ты,И птичий ум в тебе и человеческий.Вот и пришли к тебе с такою просьбой мы:Ты город укажи нам, мягкий, войлочный,Прекрасношерстный, чтоб тепло устроиться.

Удод

Побольше, чем Афины, ищешь города?

Эвельпид

Зачем нам больше? Был бы поудобнее.

Удод

Наверно, ищешь ты аристократии?[8]

Эвельпид

Нет, имя мне «Аристократ» не нравится.

Удод

В каком же поселиться хочешь городе?

Эвельпид

В таком хочу, где нет забот насущнее,Чем эта вот – придет приятель утречкомИ скажет: «Ради Зевса ОлимпийскогоПрошу тебя с детьми ко мне пожаловатьИз бани прямо. Пир сегодня свадебный.Смотри же приходи! А не придешь – так знай:В свой черный день тебя не позову к себе».

Удод

Свидетель Зевс, охотник ты до трудностей.

(Писфетеру.)

А ты?

Писфетер

Я тоже.

Удод

До каких же именно?

Писфетер

Пускай отец смазливенького мальчикаМеня бранит, когда со мною встретится:«Прекрасно, нечего сказать, с сынком моимТы поступил! Помывшись, из гимнасияОн шел. Его ты видел. Ты не стал егоНи целовать, ни лапать, ни тащить к себе.И другом быть мне хочешь после этого».

Удод

Несчастный человек, желаешь гадостей.Но, впрочем, город есть на вкус на этакийНа Красном море.

Эвельпид

Нет, нет, нет, не надо намПриморских городов. А то у берегаОпять увидим судно «Саламинию».[9]Не можешь ли назвать нам город греческий?

Удод

Так почему в Лепрей вам не отправиться,[10]В Элиду?

Эвельпид

Нет, хотя в Лепрее не был я,Противен мне Лепрей из-за Меланфия.[11]

Удод

Тогда в Опунте поселитесь городе,[12]В Локриде.

Эвельпид

Чтоб я стал кривым Опунтием,[13]Ты хочешь? Нет, ни за какие тысячи!Про птичью жизнь нам расскажи подробнее,Она тебе известна.

Удод

Жизнь приятная.Во-первых, здесь без кошелька обходятся…

Эвельпид

От многих, значит, бед и зол свободны вы.

Удод

Живем в садах, сезамом белым кормимся,И мак едим, и миртовые ягоды.

Эвельпид

Живете сладко, словно новобрачные.

Писфетер

(неожиданно)

Перейти на страницу:

Все книги серии Аристофан. Комедии в двух томах

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Оскар Уайльд , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Педро Кальдерон

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература