Публичное одиночество

У нас дают мастер-классы высококлассные профессионалы, которые давно зарекомендовали себя в кинематографе, сняв замечательные картины. У каждого свой метод, и у меня в том числе, я же не говорю ребятам: «Не слушайте Сергея Соловьева, а слушайте только меня». Если ученики воспримут то, о чем говорит каждый мастер, у них появится настоящая профессиональная широта взглядов. Они не должны тупо следовать за учителем.

Что будет, если ваш выпускник попадет к режиссеру, который заставит его забыть все, чему он научился?

Если слушатель нашей академии воспринял то, что говорю я, и ему это пригодилось, он все равно будет внутренне, подспудно заниматься техникой жеста, даже если его заставят стоять по стойке «смирно». Но я стараюсь ничего никому не навязывать, а говорить только о том, что вижу сам. Я не хочу создавать клонов, ведь я не просто рассказываю, но еще и показываю метод Михаила Чехова на собственном примере.

Вы следите за тем, что делают ваши ученики? Какие, например, темы у курсовых короткометражек?

Не знаю, они сами их выбирают. В данном случае сила академии заключается в том, что они все время находятся в свободном полете в предлагаемых нами обстоятельствах.

Сейчас вы видите только пилотную версию, в следующий раз, когда академия станет круглогодичной, мы соберем вокруг себя все направления – сценаристов, режиссеров, продюсеров, операторов и актеров.

Вы следите за судьбой выпускников прошлого года?

Кто-то из них снимает, кто-то снимается, кто-то не снимается и не снимает. Пока мы не берем на себя ответственность за их трудоустройство, однако после того, как академия станет платной, ситуация изменится.

Мы понимаем, что не каждый сможет заплатить за обучение, и предложим ученикам внести сначала какой-то процент, а остальную сумму вернуть после работы, на которую мы сами их трудоустроим. В этом случае академия будет заинтересована, чтобы ее выпускники нашли работу.

Где разместится круглогодичная академия?

Мы ведем переговоры о выделении нам отдельного здания. В идеале нужно еще и общежитие, поскольку мы не хотим заниматься только с москвичами. Важно, чтобы в академию съезжались люди со всей страны.

В дальнейшем мы планируем создать академическое агентство с базой данных различных профессионалов. То есть даже если человек не поступает, мы все равно получаем от него информацию, которая заносится в базу.

Занятия будут проходить за чаем с сушками?

Когда Бог даст и большая академия появится, там будет конструкция с разделением на зоны. Одна из форм – несколько чайных: красная, зеленая, синия, желтая, то есть не аудитория, где люди сидят за столами и записывают лекции; должно быть создано ощущение дома, в котором проходят репетиции и занятия. Мне бы очень хотелось, чтобы в большой академии ученики как можно больше общались с самыми разными людьми – от архимандрита Тихона (Шевкунова) до Эдуарда Лимонова.

Идеальное расположение для такого учреждения – на природе.

Вообще идея о том, чтобы вывезти ее за город, есть, но для этого потребуется серьезное строительство. Моя мечта – это последовать примеру Кустурицы и построить свою деревню. Я уже подобрал для нее прекрасное место, но для этого нужны довольно большие средства. Но на самом деле – это идеальный вариант, чтобы ребята уезжали за город и целый день учились, смотрели кино, общались, бегали на лыжах и купались. (XIII, 5)

АКТЕРЫ И АРТИСТЫ

(1967)

Актер не в состоянии играть ничего «вообще». Он может играть конкретного человека в конкретных обстоятельствах, в сложных, но конкретных взаимоотношениях с людьми, его окружающими. И поэтому он на редкость зависит от материала фильма, от той реальной почвы, которой часто не хватает в сценариях. Конечно, он привносит в роль свои жизненные наблюдения, свое знание, свое представление о человеке, которого предстоит играть.

Но один и тот же актер не может бесконечно, вопреки авторам, отыскивать новое для одного и того же образа, а сценаристы с какой-то трогательной заботой и любовью пестуют все один и тот же тип.

Но мне, как любому актеру, хочется играть. Пусть герои будут отдалены от нашего времени веками, пусть они будут современниками – главное, чтобы нам были понятны, дороги их чувства, переживания, мысли. Тогда интересно актеру, тогда есть зачем идти в кинотеатр зрителю.

Но актер не хочет и не должен играть одно и то же. Ведь после каждой такой роли он понимает, что он плохой актер. Хочется быть хорошим – для этого надо играть разных людей: героев и негодяев, обывателей и чудаков, гениев и тупиц. А приходится играть то, что предлагают, что уже сыграл.