Пугачев и Суворов. Тайна сибирско-американской истории

Рис. 70. Изображение печати Пугачева. Надпись: «Б. Г. П. П. Т. МП. ЮАМОДЕРЖ. ВСЕРОС. 1774». То есть: «Б[лаговерный] Г[осударь] ПЕТР ПЕТРОВИЧ (! – Авт.) ТРЕТИЙ ИМПЕРАТОР И САМОДЕРЖЕЦ ВСЕРОССИЙСКИЙ. 1774». Взято из [5], вклейка между страницами 128 и 129

На рис. 71 показана страничка пугачевского предписания о воинском наборе, написанного на татарском языке арабскими буквами. Мы знаем, что в Русско-Ордынской империи широко использовался татарский язык, в том числе и русскими людьми. См. наши книги «Новая хронология Руси», «Русь и Орда», «Русь и Рим».

Рис. 71. Пугачевское предписание о воинском наборе, написанное арабицей на татарском языке. Взято из [5], вклейка между страницами 288 и 289

И, наконец, на рис. 72 мы приводим очень интересную фотографию из книги В. Буганова «Пугачев», на которой запечатлена медаль императрицы Елизаветы Петровны «Победителю над прусаками. Лето 1759». Считается, что именно эту медаль Пугачев использовал для награждения своих воинов [5]. Однако, совершенно непонято, зачем ему было награждать своих соратников медалью с явно чужим изображением ЖЕНЩИНЫ-императрицы? Что он этим хотел сказать?

Рис. 72. Медаль Елизаветы Петровны «Победителю над прусаками. 1759». Якобы ИМЕННО ЭТОЙ медалью Пугачев награждал свои войска. Что было бы глупо – ведь на медали изображен явно не он, а женщина-императрица. Скорее всего, Петр III награждал своих соратников СОВСЕМ ДРУГОЙ медалью за победу НАД ПРУССАКАМИ, подчеркивая, что захватившие русский престол люди – это пруссаки, то есть иностранцы. Взято из [5], вклейка между страницами 288 и 289

Скорее всего, здесь мы опять наталкиваемся на след грубой романовской фальсификации. Вероятно, после пугачевской войны многие еще хорошо помнили, что император Петр III награждал свои войска медалями за победу над ПРУССАКАМИ. Подчеркивая тем самым, что засевшие в Санкт-Петербурге незаконные правители, с которыми он воевал, ЯВЛЯЮТСЯ НЕ РУССКИМИ, А ПРУССАКАМИ. То есть, иностранцами. И это, как мы знаем, была чистая правда. Однако, романовские фальсификаторы ловко передернули, заявив, что Пугачев, дескать, за неимением своих собственных медалей, наивно решил награждать своих людей устаревшими медалями Елизаветы Петровны. Которые он случайно где-то раздобыл и пустил в дело, даже не придав, дескать, значения, тому, что на медалях этих было выбито «Победителю над прусаками». Все равно, мол, все соратники Пугачева – как и он сам – были неграмотны. Поэтому прочитать то, что написано на медали они просто не могли. Поэтому, дескать и получилось так, что пугачевские войска, громившие войска Романовых, получали медали «за победу над пруссаками». Чистая случайность и ничего больше. Не надо придавать ей никакого значения.

Так искажалась русская история.

10. Романовская версия пугачевской войны. Участие А.С. Пушкина в разработке этой версии

Посмотрим теперь, как преподносится война с Пугачевым в общепринятой сегодня версии русской истории. Мы называем эту версию «романовской», потому, что она была создана в эпоху правления Романовых и по их заказу.

Начнем с того, что дело о Емельяне Пугачеве, по свидетельству А.С. Пушкина, считалось ВАЖНОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ТАЙНОЙ. Во времена Пушкина, в 1833 году, когда он об этом писал, оно так и не было распечатано [26], с. 661. Здесь уместно напомнить, что А.С. Пушкин написал «Историю Пугачева», в которой, по его словам, было «собрано все, что было обнародовано правительством касательно Пугачева, и то, что показалось мне достоверным в иностранных писателях, говоривших о нем» [26], с. 661. Однако, «обнародовано правительством» было ДАЛЕКО НЕ ВСЕ. Сам Пушкин, по-видимому, осознавал, что его труд очень неполон. Он писал: «Будущий историк, коему ПОЗВОЛЕНО БУДЕТ РАСПЕЧАТАТЬ ДЕЛО О ПУГАЧЕВЕ, легко исправит и дополнит мой труд» [26], с. 661.

Общее впечатление от романовской версии истории «пугачевского бунта» и, в частности, и от пушкинской «Истории Пугачева», таково.

Дескать, правительственные войска Екатерины II якобы без особых усилий многократно громили беспорядочные шайки «вора Пугачева». Разбитый ими Пугачев постоянно бросался в паническое бегство. Но почему-то это «бегство» странным образом было направлено ВПЕРЕД, В СТОРОНУ МОСКВЫ.