Пуля для Зои Федоровой, или КГБ снимает кино

Как уже отмечалось чуть выше, в СССР «брюликами» баловались в основном представители элитарных кругов. И все они были под колпаком советских спецслужб. Спрашивается, зачем? А затем, что по советским меркам наличие большого количества бриллиантов в личном пользовании (или антиквариата в виде картин, старинной мебели и т. д.) считалось буржуазным разложением. Поэтому, зная всех обладателей такого рода богатств, можно было держать их «на крючке» с помощью вот этого самого компромата. В нужный момент последний извлекался наружу, как это было, например, во время «трофейного дела» против маршала Г. Жукова, «дела певицы Руслановой», смещения Е. Фурцевой и т. д. Кроме этого, «богатых буратин» спецслужбы периодически «трясли» с целью пополнения собственного бюджета. Например, после убийства С. Кирова в декабре 1934 года из Ленинграда были высланы тысячи неблагонадежных людей из числа «бывших» (бывшие дворяне, церковные служители, офицеры и т. д.), а их имущество (в том числе и ценные коллекции) конфисковано либо выкуплено задарма.

В шестидесятые годы ситуация в стране стала меняться. Советская система стала капитализироваться, и наличие «буржуазных излишеств» уже не рассматривалось элитой как преступление. Но эта капитализация значительно расширила ряды обладателей такого рода «сокровищ», как внутри элиты, так и в среде хозяйственников. И опять же многих из этих людей советские службы держали под колпаком. Другое дело, что теперь это был уже не только КГБ, но и МВД. Читатель вправе спросить: а что, разве раньше МВД к этому делу не было причастно? Было, конечно, но не в таких масштабах, как это имело место быть с конца шестидесятых. Дело в том, что с 1953 по 1967 год МВД СССР значительно уступало КГБ во влиянии. Авторитет милицейского ведомства был крайне низким, а поднимать его начал Николай Щелоков, возглавив министерство в 1966 году. Учитывая то, кем был этот человек (ближайшим другом самого Брежнева), можно понять, почему именно при нем МВД возродилось в качестве равноправного (а не вечно униженного) члена силового блока, в котором были КГБ, МВД, Прокуратура и Минобороны.

Именно при Щелокове начала активно функционировать система по сбору компромата на теневых воротил советской экономики, а также на любителей «брюликов» и других предметов роскоши. То есть у КГБ появилась конкурирующая структура. В итоге МВД тоже стало играть на этом «поле», только внутри страны. В то время как КГБ работал на два направления – внутри СССР и далеко за его пределами. Поэтому его Система была гораздо мощнее, чем у МВД. Именно этим можно объяснить и разгром МВД, учиненный чекистами в начале восьмидесятых – так «зачищалось поле», убирался сильный конкурент перед горбачевской перестройкой. Ведь и в КГБ было два конкурирующих клана. Один возглавлял Виктор Чебриков, другой – Владимир Крючков. Первый отвечал за внутреннюю разведку, второй – за внешнюю.

Но вернемся к Зое Федоровой, которая не доживет до перестроечных времен всего лишь несколько лет.

Какое место в этой Системе могло быть у актрисы? Судя по всему, начинала она в начале шестидесятых как рядовой игрок, а спустя десятилетие дослужилась до весьма влиятельной персоны. За что и была удостоена квартиры на престижном Кутузовском проспекте – чтобы у людей, с которыми она работала, не оставалось сомнений в том, каким влиянием в верхах она пользуется. Имея выходы на многих деятелей культурной элиты, Зоя на каждого имела подробную информацию: что из дорогих вещей он имеет, в каких схемах участвует, на каких деятелей «завязан». Такие люди, как Зоя, были нужны тому же КГБ для операций не только внутри страны, но и за ее пределами. Каким образом? Например, возьмем такую ситуацию. Некоему советскому разведчику в какой-нибудь капиталистической стране надо завербовать ценного агента, чтобы иметь через него ценную информацию. Он выходит на такого человека, но деньги для него значения почти не имеют. Зато он, будучи коллекционером, не прочь заполучить в свою коллекцию какой-нибудь драгоценный камень из старинной коллекции. Чекисты выходят на таких людей, как Зоя Федорова, и просят помочь. И она (или они) это делает: либо через свои каналы достает нужный драгкамень, либо «наводит» на его обладателя чекистов. Этот камень затем переправляется за кордон, и наша разведка в итоге заполучает ценного агента, купив его с помощью «брюлика».

Но это только одна сторона деятельности Системы. Другая заключалась в следующем, а именно: она не только обогащала своих участников, но и накапливала огромный капитал на будущее. Это был своего рода общак, то самое «золото партии», о котором так много говорили в начале девяностых, но найти так и не смогли. Впрочем, о его поисках лишь заявляли, чтобы ловко увести внимание общественности в другую сторону.