Пульт личности. Интеллект эмоций

Один из основных принципов работы Джеймса Бьюдженталя – это индивидуальный подход. Он считал, что нет универсального рецепта для всех случаев, каждый человек уникален и требует особого отношения. Именно поэтому его методика так успешно работает – она адаптируется под конкретные потребности и особенности личности.

Еще одной важной составляющей методики Джеймса Бьюдженталя является активное слушание клиента. Психотерапевт придавал большое значение не только словам самого человека, но и их эмоциональной окраске, а также жестам, мимике. Это помогало ему лучше понять причины проблемы и найти оптимальное решение.

Экзистенциально-гуманистический подход Джеймса Бьюдженталя предполагает, что главная цель психотерапии – помочь клиенту почувствовать себя способным на большее в своей жизни и имеющим выбор там, где ранее он испытывал принуждение.

<p>Экзистенциальная терапия</p>

Помимо Джеймса Бьюдженталя, ярчайшим представителем экзистенциальной терапии и вообще целой эпохи в психотерапевтической мысли стал Ирвин Ялом.

Ирвин Ялом – американский психиатр и психотерапевт, доктор медицины, профессор психиатрии Стэнфордского университета.

Ялом полагал, что для каждого пациента должна изобретаться новая психотерапия, потому что у любого человека есть уникальная жизненная история. Основой этой «новой» терапии служит подход, построенный на межличностных взаимоотношениях здесь и сейчас пациента и психотерапевта, на их взаимных откровениях.

Ялом определяет четыре ключевые проблемы, с которыми имеет дело экзистенциальная терапия: смерть, изоляцию, свободу и смысл. Все остальные психологические и поведенческие проблемы человека, по мнению сторонников этого подхода, проистекают из данных ключевых проблем. Остановимся на этих «четырех китах» Ялома чуть подробнее.

Смысл. Жизнь по своей сути лишена смысла, и поэтому он должен быть открыт и создан отдельными людьми и сообществами.

Свобода. Поскольку жизнь лишена предопределенного смысла, человек получает возможность самостоятельно выбирать, как ему жить и какие ценности создавать для себя. Однако эта свобода сопряжена с ответственностью за сделанные выборы, что часто вызывает чувство тревоги.

Экзистенциальная изоляция. Независимо от того, насколько близки мы можем быть к другим, мы всегда в какой-то степени изолированы.

Смерть. Существует основное экзистенциальное напряжение между осознанием неизбежности смерти и желанием продолжать существовать.

Задача экзистенциального терапевта, по Ялому, – подвести человека к осознанию его самых глубинных экзистенциальных проблем, пробудить философское размышление над ними и вдохновить его сделать необходимый на данном этапе жизненный выбор.

Расцвет экзистенциальной терапии пришелся на 1960–1980-е годы. Наряду с несомненным продвижением вперед по пути познания глубинных проблем человека у данного подхода имелись свои очевидные недостатки. Несмотря на то что французские экзистенциалисты были склонны доказывать и убеждать всех, что экзистенциализм – это гуманизм, сама попытка и потребность обоснования связки между гуманизмом и экзистенциализмом должна настораживать внимательного читателя. Почему? Представление экзистенциализма о личности, которое легло в основу экзистенциальной психотерапии, пронизано глубочайшим пессимизмом и недоверием человеку. По представлению экзистенциальных психотерапевтов, человек обречен на страдания в виде смерти, одиночества, тревоги, заботы, безнадежности. Причем сделать с этим с точки зрения экзистенциализма невозможно ничего, потому что такова природа бытия, наша собственная природа.

Здесь возникает резонный вопрос: чем же доктора могут помочь страждущему? Никто не отменял целебного эффекта пресловутого осознавания. Осознавание неизбежности мук удивительным образом освобождает человека от наиболее острых форм страдания.

В основе подхода экзистенциальных психотерапевтов лежит идея трансформации острого переживания по поводу отсутствия смысла жизни, страха, одиночества и так далее в экзистенциальное мужество, которое как раз и состоит в том, чтобы, во-первых, осознать неизбежность этого явления, а во-вторых, принять его с человеческим достоинством. Этот акт освобождает человека от тотальной уязвимости.

Экзистенциальные психотерапевты ухватили одну очень важную идею: их клиенты страдают не от того, что их жизнь бессмысленна, что их гнетет страх смерти или одиночества, а от того, что они ничего не могут с этим сделать. А кто им сказал, что с этим вообще возможно что-нибудь сделать? Вся острота этого переживания унизительной беспомощности на самом деле есть всего лишь проекция собственной грандиозности[5] в духовном плане, гордыни. Эта мысль является освобождающей. Только и всего.