Путь Хранителя. Том 1. Том 2 (СИ)

— Ятрышник пятнистый, — охотно ответила Богданова и нежно провела по цветку пальцами, — правда его размер гораздо больше, чем должен быть, и его цвет особенный, как и свойства, — завороженно рассказывала Катя, — мама нашла его в недрах Карелии много лет назад.

— Особенный не то слово, — машинально выдал я.

Именно от этого растения исходила едва ощутимая нить родовой силы Жуковых. И не остаточный слепок, ятрышник каким-то образом генерировал крупицы силы самостоятельно. Я тщательно всматривался в запутанные потоки бордово-синего цветка, но никак не мог понять причину.

Место, где он вырос определенно связано с нашим родом. Только долгий непосредственный контакт с кровью одаренного Жукова мог так сильно деформировать его естественный поток.

— Как давно Василиса Михайловна его нашла? — непринужденно спросил я.

До этого момента я нарочно задавал вопросы о других интересных экземплярах в оранжерее чтобы поддержать беседу и не вызывать подозрений излишним вниманием к одному цветку. Если бы я сразу набросился на Катю с допросом, меня бы сразу выставили за дверь.

Как же раздражает налаживать связи с нуля. Это так утомительно.

Эх, сейчас бы на фронт, выпустить пар, разгрузить набухшую от бесконечного потока информации голову парой сотней убийств…

А почему я, собственно, за столько часов не убил ни одного из боярских свиней? А. Точно. Умирающее тело инвалида.

— Ты знаешь маму? — удивленно округлила карие глазки Богданова и едва заметно отстранилась.

— Разве она не преподает в Академии? — предположил я.

Не будь Василиса Михайловна Богданова тесно связана с Академией, никто бы ей не позволил возвести тут этот сад. Ладно обыватели, глупцы и студенты… но среди боярского совета мало дураков. Они должны четко осознавать его реальную ценность и потенциальную мощь.

— Только у особого курса, — чуть снизила градус подозрений Екатерина и все же ответила на вопрос, — примерно семнадцать лет назад… а что?

— Простое любопытство, — отмахнулся я.

Спрашивать, где именно нашла было бы рискованно, да и не факт, что Катя знает. Куда важнее найти способ встретиться с ее матерью лично.

Как я и предполагал, судьба Богдановой Василисы Михайловны тесно переплетена с этим учебным заведением. В моем мире она была Ректором Академии и одной из первых учениц деда. Об этом мало кто знал, потому что избранных одаренных детей он отбирал по всему свету тайно и обучал лишь периодически.

Был слишком занят, спасая империю и усердно сокращая население планеты. Только мне посчастливилось быть с ним бок о бок постоянно.

На момент смерти деда в этом мире, Василисе Михайловне исполнился двадцать один год, а под крыло деда она попала в раннем детстве, нам определенно есть о чем поговорить. Особенно учитывая этот бордово-синий ятрышник.

— Экскурсия окончена, — окинув меня настороженным взглядом, выпалила Катя и вытолкала меня своими миниатюрными ручками из оранжереи.

Я не сопротивлялся, потому что узнал почти все что нужно. Осталось найти способ ненавязчиво определить текущее местоположение Василисы Михайловны…

Мои мысли прервал скрип дощечки у входа.

— Добро пожаловать в додзе «Цветочек», судари, — приветственно отчеканила девушка и поправила непослушный розовый локон, — прошу простить, но тренировочный зал сегодня не работает.

Перед нами на пороге стояло трое студентов с наглыми выражениями лица. По вздернутому к небу носу, пафосной стойке и высокомерному взгляду я легко определил среди них одного из боярских отпрысков. Тощий блондинчик выделялся и внешним видом, поскольку это первый студент на территории Академии, которого я заметил в боевом облачении.

Среди белого дня напялил на себя доспех с вкраплениями лирия, редкого высокопрочного материала со свойством искусственно успокаивать энергетические потоки носителя. Это помогало с контролем… но среди действительно сильных одаренных его мало кто использовал на людях.

Дед называл подобные доспехи халатом для импотентов.

— Для нас не закрыт, — фыркнул блондинчик и махнул левой рукой.

Из-за его плеча выскочил низкорослый парнишка в обычной форме Академии, вежливо поклонился и молча передал в руки девушки небольшую стопку бумаг.

Богданова стала неохотно вчитываться в текст и ее тоненькие потоки силы все ярче вспыхивали с каждой секундой, а лицо медленно, но верно перекосилось от ярости.

Блондинчик от души наслаждался внешними изменениями на лице первого заместителя додзе и не встретив сопротивления прошел вглубь помещения и развалился на скамейке. Щуплый парнишка метнулся следом и покорно встал за спиной боярина.

Видимо личный слуга.

В проходе остался стоять только третий студент, которого мне не сразу удалось рассмотреть, потому что стоило ему переступить порог, как бедняга вжался в стену.

— О! Привет. Как животик? — с усмешкой поинтересовался я у курносого парнишки с оранжевой повязкой.