Путь НСДАП. История германского фашизма

Таким образом, в порядке вещей было то, что в конце 1932 г. тонущие национал-социализм и капитализм в последнем напряжении сил помогли друг другу выбраться из беды.

В январе 1933 г. при посредстве сторонника Гитлера, кельнского банкира Шредера, состоялась устроенная в его квартире встреча национал-социалистского вождя с господином фон Папеном. Дело дошло до личного примирения. Папен старался объяснить Гитлеру, что, отказавшись образовать в ноябре парламентское правительство, он должен теперь примкнуть к национальной концентрации, т. е. к объединению всех правых сил, начиная с президента и рейхсвера и кончая «Стальным шлемом» и Гутенбергом. Папен выступал в данном случае до известной степени как выразитель воли тех хозяйственных кругов, которые уже во время его канцлерства были его верными сторонниками. К нему – барону из Вестфалии и одновременно крупному промышленнику из Саарской области – они относились с большими симпатиями, чем к непроницаемому генералу фон Шлейхеру с его социальными идеями. Поэтому им больше всего пришелся бы по сердцу кабинет под руководством Папена с использованием Гитлера.

Беседа, однако, не внесла ясности в вопрос о будущей совместной положительной работе. В эти дни поражений Гитлер внутренне и внешне совершенно не был способен занять определенную позицию. Больше всего он был заинтересован в том, чтобы с помощью какого-нибудь хотя бы и мелкого частичного успеха поднять свой упавший престиж. Поэтому избирательная кампания в малой до смешного провинции Липпе-Детмольд была для него гораздо важнее всех переговоров. Он ездил из села в село и не отказывался при случае выступать перед двумя сотнями человек. Таким образом ему удалось в этом незначительном районе увеличить число своих голосов, по сравнению с ноябрем и декабрем. Разумеется, это был лишь мнимый успех, ибо из-за одного птичьего гнезда был кругом вырублен весь лес. Однако члены партии снова прониклись доверием. Всего несколько дней назад руководитель штурмовиков во Франконии Штегман отделился от Гитлера. Предлогом послужил совершенно недопустимый образ жизни нюрнбергского вождя Юлиуса Штрейхера, которого Гитлер из непонятных побуждений продолжал держать на его посту. Однако этот повод во всей его силе существовал уже 10 лет. То, что он был использован именно теперь, служило доказательством общего кризиса. Кризис этот не закончился и после выборной кампании в Липпе, которая явилась только аргументом в пользу необходимости как-нибудь продержаться.

Большая игра Шлейхера

В то время как Гитлеру приходилось бороться с кризисом своей партии, Шлейхеру приходилось преодолевать кризис своего кабинета. Внезапно, как гром среди ясного неба, ландбунд, могущественная организация аграриев, руководимая крупными землевладельцами, нанесла ему неслыханный по силе удар.

Генерал фон Шлейхер, очевидно, недостаточно учел влияние крупного землевладения на главу крупных землевладельцев в Германии. Председатель ландбунда, граф Калькрейт, вместе со своими товарищами 12 января был почти демонстративно принят президентом. Одновременно ландбунд опубликовал заявление, в котором обстреливал правительство Шлейхера из пушек крупного калибра. В заявлении шла речь об «ограблении сельского хозяйства в пользу денежных мешков интернационально настроенной экспортной промышленности». Таким образом, здесь были противопоставлены обнаженные интересы. В жалобах повторялся все тот же знакомый нам в течение 40 лет рефрен о враждебном сельскому хозяйству канцлере. Вещь, совершенно неслыханная в национальном якобы государстве и совершенно недопустимая со стороны правящего генерала, правящего фельдмаршала, особенно со стороны правящего крупного землевладельца!

Чем был вызван этот гнев? Шлейхер при вступлении на пост канцлера дал понять, что и он наравне с Брюнингом собирается отказать в поддержке части восточногерманских крупных поместий, которые оказались нежизнеспособными, и намерен заселить их крестьянами. Этим самым не владеющий земельной собственностью генерал подписал свой смертный приговор.