Читаем Путь совершенства полностью

На бой нельзя смотреть под определенным углом, напротив, за ним следует наблюдать со всех возможных углов зрения. Вот почему в ДКД учат использовать все способы и средства для достижения цели (эффективность — не соблюдение классической формы, эффективность — то, что выигрывает), это довольно важная оговорка, и практикующий ничем не связан. Другими словами, структура ДКД, хотя и обладает всеми возможными точками зрения, не подчиняется им. Причина проста: любая структура, сколь бы разумным образом она ни была создана, превращается в клетку, если ученик ею одержим. Хороший ученик — тот, кто может войти в некую форму, но не оказаться запертым в ней, как в клетке, тот, кто следует принципам, но не ограничивается ими.



Это существенно, потому что гибкое, непредвзятое и ничего не исключающее наблюдение очень важно для развития навыков ДКД. Поэтому здесь важно не иметь организованной философии боя или, если уж на то пошло, метода боя; следует нейтрально наблюдать за тем, что происходит в реальном бою.

ДКД считает, что свобода всегда с нами; ее нельзя получить в результате некоего процесса накопления. Мы не «становимся», мы просто «есть». Обучение направлено на движение к «бытию», а не к «умению». Измененное состояние — это просто состояние «бытия», а не состояние «становления». Это не идеал и не цель, желанная и достижимая. Навязываемая стерильная модель калечит практикующих, а мистическое мышление способствует не внутренней силе, а психологическим запорам. Независимо от того, идет ли речь о тренировках тела или души, техника джиткундо предназначена для освобождения духа, а не для сковывания тела. Определить ДКД как особую систему (кунг фу, карате, кикбоксинг и так далее) — значит полностью упустить самую суть. ДКД вне всех конкретных структур и различных стилей.

Определение: стиль — классический ответ на избранное кем-то направление

ДКД — не один из методов тайных техник, но средство полного самовыражения. Не существует правил, приемов, законов, принципов и так далее, которые представляют собой систему боя.

ДКД — это процесс, а не цель, постоянное движение, а не установленный фиксированный шаблон; и средства, и цель могут быть, но ДКД, бесспорно, никогда не подразумевает цели. Многие люди ошибочно принимают джиткундо за сложный стиль нейтральности или просто безразличия. Такой взгляд неверен, ДКД — одновременно и «это», и «не это». Джиткундо не опровергает стили и опровергается ими. Чтобы понять его, необходимо в едином органичном целом преодолеть дуализм «за» и «против». Хороший джиткундоист руководствуется прямой интуицией.

Люди часто ошибочно [считают], что джиткундо отрицает форму. Вряд ли я стану подробно об этом рассказывать, поскольку другие абзацы это разъясняют. Но есть одна вещь, которую мы должны понимать: всегда имеется самый эффективный и живой способ совершить движение (основные законы рычага, положения тела, равновесия, работа с ногами и так далее, и они не должны нарушаться). Однако живая, эффективная форма — это одно. А стерильные классические модели, которые связывают и обусловливают, — совсем другое.

Помимо вышесказанного, нужно также различать тонкую грань между «бесформенностью» и «неформальностью». Первое — невежество, второе — трансцендентность.

Конечная цель ДКД — личное освобождение. В его инструкциях просто указывается путь к свободе личности и созреванию духовной стороны человека. Джиткундо не предлагает тем, кто его практикует, никаких шаблонов.

Механическая эффективность или навык выполнения манипуляций никогда не сравнятся по важности с достижением внутреннего осознания. Помните, что мастер боевых искусств — не просто физическое проявление некоторой подкованности, которой он, возможно, был в принципе изначально одарен[35].

Созрев, он поймет, что его удар рукой или ногой на самом деле не инструмент победы над противником, а инструмент прорыва сквозь собственное сознание, «эго» и так далее. Фактически все инструменты в конечном итоге означают проникновение в глубину своего существа для достижения неколебимости внутреннего центра тяжести. Из этого внутреннего раскрепощения жизни идет внешнее выражение инструментов. Поэтому мы слышим «это удар ногой», а не «я наношу удар ногой». Это означает, что удар ногой нанесен с целостностью бытия, этим всеохватывающим отношением, без ограничения сознанием наносящего этот удар. Все тренировки — про то, как стать вполне себе человеком, а не каким-то сверхчеловеком. Быть свободным важнее, чем быть великим бойцом.

Истина — путь без тропы. Это полное самовыражение без «до» или «после». Аналогичным образом ДКД не является неким организованным учреждением, членом которого кто-то может стать. Либо вы понимаете, либо нет, и все. Я никогда не поверю в крупные организации с отечественными и зарубежными подразделениями, филиалами, почетными членами и так далее. Чтобы достичь массовости, требуется некая предварительно подогнанная система. В результате члены обучаются в соответствии с этой системой.

Перейти на страницу:

Все книги серии Автобиография великого человека

Беспощадная истина
Беспощадная истина

Невероятно искренняя, брутальная и драматичная автобиография Майка Тайсона. Он стал легендой мирового бокса, но его жизнь вне ринга была не менее яростной и бесшабашной, чем его бои.В Майке Тайсоне уживаются несколько личностей – безжалостный боец и ироничный философ, осужденный преступник и бродвейский шоумен, ранимый подросток и неуемный бабник… Парнишка из гетто, ставший самым молодым абсолютным чемпионом мира в тяжелой весовой категории, принявший это как должное – и так и не научившийся с этим жить. Миллионер, в одночасье оказавшийся нищим, осужденный за преступление, которое не совершал, и выходивший безнаказанным из таких передряг, которые грозили ему пожизненным заключением. Алкоголик и наркоман, сумевший обуздать своих демонов.Он был абсолютно беспощаден к своим противникам на ринге. Он и теперь абсолютно беспощаден к себе и к читателю. Но только такая безжалостная искренность и позволила ему примириться с самим собой, восстановить достоинство и самоуважение, обрести любовь и семью.

Майк Тайсон

Публицистика
Неудержимая. Моя жизнь
Неудержимая. Моя жизнь

Перед вами первая автобиография Марии Шараповой – прославленной теннисистки, пятикратной победительницы турниров Большого шлема и обладательницы множества других престижных трофеев. Она взяла в руки ракетку в четыре года, а уже в семнадцать взошла на теннисный олимп, сенсационно одолев в финале Уимблдона Серену Уильямс. С тех пор Мария прочно закрепилась в мировой спортивной элите, став одной из величайших спортсменок современности.Откровенная книга Шараповой не только о ней самой, ее жизни, семье и спортивной карьере. Она о безудержном стремлении к мечте, об успехах и ошибках на этом пути, о честности и предательстве, о взрослении и опыте, приходящем с годами. В конце концов, о том, как не потерять голову от побед и как стойко переносить поражения. А о поражениях Мария знает не понаслышке: после 15-месячной дисквалификации она вернулась в большой спорт, чтобы доказать всем – и поклонникам, и ненавистникам, – что даже такие удары судьбы не способны ее остановить.

Мария Шарапова

Биографии и Мемуары / Боевые искусства, спорт / Документальное
Отдать всего себя. Моя автобиография
Отдать всего себя. Моя автобиография

Жизнь Дидье Дрогба – путь из бедных кварталов Абиджана в Кот-д'Ивуаре к блестящим победам, громкой славе и всемирному признанию. Первый африканец, забивший 100 голов в английской Премьер-лиге. Обладатель почти двух десятков престижных трофеев. Лидер в игре и в раздевалке, в клубе и в сборной.На поле он не убирал ног, не избегал борьбы, не симулировал травм – и в книге он предельно честен и открыт. Как едва не сорвался его переход из «Марселя» в «Челси»? Из-за чего «Челси» проиграл «МЮ» финал Лиги чемпионов в Москве? Почему Жозе Моуринью – Особенный и как себя ведет в раздевалке «Челси» Роман Абрамович?Лучший футболист Африки (2006 г.) остался тем же простым, искренним, немного застенчивым парнем, который в пятилетнем возрасте переехал во Францию, чтобы играть в футбол. В его автобиографии эта искренность соединилась с мудростью, нажитой годами болезненных травм – физических и душевных, – чтобы в итоге получилась одна из лучших футбольных биографий десятилетия.

Дидье Дрогба

Боевые искусства, спорт / Спорт / Дом и досуг
Вспомнить все: Моя невероятно правдивая история
Вспомнить все: Моя невероятно правдивая история

История его жизни уникальна.Он родился в голодные годы в маленьком австрийском городке, в семье полицейского, не имея особых перспектив на будущее. А в возрасте двадцати одного года он уже жил в Лос-Анджелесе и носил титул «Мистер Вселенная».За пять лет он выучил английский язык и завоевал статус величайшего бодибилдера мира.За десять лет он получил университетское образование и стал миллионером как бизнесмен и спортсмен.За двадцать лет он вошел в число кинозвезд первой величины и породнился с семьей Кеннеди.А через тридцать шесть лет после приезда в Америку он занял пост губернатора Калифорнии…Этот человек — легендарный Арнольд Шварценеггер. И в этой книге он вспомнит действительно все…

Арнольд Шварценеггер

Биографии и Мемуары / Спорт / Дом и досуг / Документальное

Похожие книги

Знак Z: Зорро в книгах и на экране
Знак Z: Зорро в книгах и на экране

Герой бульварных романов и новелл американского писателя Джонстона Маккалли, прославленный персонаж десятков художественных фильмов и телесериалов, вот уже почти столетие притягивает внимание миллионов читателей и зрителей. Днем — утонченный аристократ, слабый и трусоватый, ночью он превращается в неуловимого мстителя в черной маске, в отважного и мужественного защитника бедных и угнетенных. Знак его подвигов — росчерк шпаги в виде буквы Z. На экране имя Zorro носили знаменитые актеры нескольких эпох: Дуглас Фербенкс, Тайрон Пауэр, Гай Уильямс, Ален Делон, Энтони Хопкинс, Антонио Бандерас. У вас в руках первое русскоязычное и одно из самых полных в мире исследований литературного и кинематографического образа благородного калифорнийского разбойника Зорро. Эта работа продолжает проект издательства НЛО и журналиста Андрея Шарого «Кумиры нашего детства», начатый книгами «Знак 007: На секретной службе Ее Величества», «Знак F: Фантомас в книгах и на экране» и «Знак W: Вождь краснокожих в книгах и на экране».

Андрей Васильевич Шарый

Публицистика / Кино / Документальное
Психология для сценаристов. Построение конфликта в сюжете
Психология для сценаристов. Построение конфликта в сюжете

Работа над сценарием, как и всякое творчество, по большей части происходит по наитию, и многие профессионалы кинематографа считают, что художественная свобода и анализ несовместимы. Уильям Индик категорически с этим не согласен. Анализируя теории психоанализа — от Зигмунда Фрейда и Эрика Эриксона до Морин Мердок и Ролло Мэя, автор подкрепляет концепции знаменитых ученых примерами из известных фильмов с их вечными темами: любовь и секс, смерть и разрушение, страх и гнев, месть и ненависть. Рассматривая мотивы, подспудные желания, комплексы, движущие героями, Индик оценивает победы и просчеты авторов, которые в конечном счете нельзя скрыть от зрителя. Ведь зритель сопереживает герою, идентифицирует себя с ним, проходит вместе с ним путь трансформации и достигает катарсиса. Ценное практическое пособие для кинематографистов — сценаристов, режиссеров, студентов, кинокритиков. Увлекательное чтение для всех любителей кино и тех, кто интересуется психологией.

Уильям Индик

Кино / Психология и психотерапия / Психология / Учебники / Образование и наука
Лариса
Лариса

Эта книга посвящена творчеству Ларисы — Ларисы Ефимовны Шепитько (1938–1979), красивой, талантливой женщины, кинорежиссера, автора острых и ярких фильмов «Крылья», «Ты и я», «Восхождение». Ее коллега и спутник жизни Элем Климов пишет о ней так: «Жизнь Ларисы, пусть и короткая, явила собой пример того, как человек может сам сотворить свою судьбу и эта судьба станет возвышенной и прекрасной, если, говоря ее словами, "живешь жизнью людей"».Книга, которую читатель держит в руках, представляет собой коллективный портрет Ларисы Шепитько, оценку всему ею сделанному, произведенную по прошествии времени. Авторы этого портрета — люди, хорошо знавшие Ларису, встречавшиеся с ней в разные периоды жизни, и люди, интересовавшиеся ее фильмами. Писатели Василь Быков, Валентин Распутин, Чингиз Айтматов, Алесь Адамович, кинорежиссеры Элем Климов, Сергей Герасимов, Андраш Ковач, Вернер Херцог, Глеб Панфилов, актеры Владимир Гостюхин, Юрий Визбор, поэтесса Белла Ахмадулина, критики Виктор Демин, Армен Медведев, Георгий Капралов, Александр Липков и другие вспоминают здесь о Ларисе, анализируют ее фильмы…

Элем Германович Климов

Кино