Путь воина. Тренер-победитель о секретах успеха

Газзаев сделал так, что мы жили как одна семья. О воспитании могу рассказать вот что. Когда я уже был капитаном, всем в команде делались какие-то поблажки. Всем, но не мне. Кто-то мог пропустить выезд из-за болезни, я же ехал всегда – травмированный, дисквалицфицированный… Меня это злило, я не понимал, в чем дело. И вот Газзаев как-то посадил меня и сказал: «Только с тобой так: когда я на тебя наезжаю, когда повышаю голос – все остальные это видят, и они уже себе ничего не позволят».

Однажды, когда мы поехали на товарищескую игру и у нас полкоманды заболело, он сам себя поставил в нападение. Мы с ребятами стали все время давать ему пасы на ход. Специально – снова и снова. Рывок за рывком! Загоняли его совсем, он в итоге устал и давай на нас ругаться. А на следующий день погонял нас как следует. Шутить с Георгиевичем надо очень аккуратно.

Когда Газзаев в 1991-м уходил в «Динамо», я даже плакал. Плакал и со злобой говорил: «Как вы нас оставляете?!» Ему стало не по себе. Он точно помнит это, перед всей командой у меня слезы полились.

И тем не менее я всегда потом симпатизировал командам, в которых Георгич работал. За него переживал».

Глава 5

Если бы не посадили президента «Фоджи»…

Для тренера очень важно то, чтобы его уверенность в себе никогда не ослабевала. В идеале же она должна расти, с каждым новым этапом подниматься на ступеньку выше – и так до бесконечности. Я после завоевания путевки в Высшую лигу был уверен в себе необычайно, и мне казалось, что в этом плане прибавлять уже некуда. Естественно, я жутко заблуждался. В человеке скрыты такие ресурсы, о которых он порой и не подозревает. Вот и я не подозревал. Озарение пришло в 1995-м, когда я впервые стал чемпионом страны, подарив Осетии грандиозный праздник. И опять-таки я должен сказать «спасибо» Господу Богу за то, что он разыграл со мной столь замысловатую комбинацию и внес коррективы в мои планы. Я ведь не думал не гадал, что повторно возглавлю «Аланию». К тому моменту я грезил заграницей. После того как в 1992 году «Динамо» под моим руководством выбило из Кубка УЕФА «Торино», я почувствовал, что способен проявить себя на Апеннинах. А тут в довершение всего на меня вышел президент «Фоджи» и даже прилетел в Москву для ведения переговоров. По окончании сезона команду покидал Зденек Земан, и мне предлагалось занять его место. Мне сказали, что Шалимов перейдет в «Интер», Синьори – еще куда-то. На остальных же я вправе рассчитывать, и уже сейчас мне готовы выдать полномочия на комплектование состава. Я для себя все решил и принялся за изучение итальянского языка. В марте мы подписали предварительный контракт, который вступал в действие 1 июля. Мне привезли пять видеокассет (они и теперь у меня хранятся): записи матчей «Фоджи» с «Миланом», «Интером», «Ювентусом». Я до сих пор помню многие фрагменты тех баталий – настолько основательно все изучил. В общем, я уже видел себя в ведущей лиге мира. По ночам ею грезил. Потому что Италия с точки зрения тактики, развития инфраструктуры, подбора исполнителей – футбольная держава № 1. Там как нигде велика роль тренера. То есть перспективы реализоваться, проверить себя, обогатить свой опыт там колоссальные.

Представляете, каково было мое разочарование, когда в мае президента клуба посадили за решетку и все наши договоренности, разумеется, аннулировались. Потрясение мощнейшее! Я трое суток приходил в себя. Это были поистине тяжелейшие, мучительные дни. Но в конце концов я совладал с собой и сосредоточился на «Динамо». По-настоящему! Отбывать номер я не умею. Считаю, все в том году у нас шло успешно, мы находились на втором месте и не теряли надежды на финише вырваться вперед. Однако потом был памятный разгром от «Айнтрахта» и мой стремительный уход в никуда.