Путешествие на Восток

9 Мая. Вчера были мы в латинском храме у вечерни, праздновали Пятидесятницу (у Латинов празднуется здесь она три дня) и возвращение папы в Рим. Латинский монах читал проповедь на арабском языке пред сорока или пятьюдесятью Арабами и Арабками и торжественно радовался с ними, или вернее за них, вступлению папы в свой город и в свои права. Что о том думали Арабы, известно одному Богу. Монастырь очень богат церковною утварью. Много золота и серебра и драгоценных камней, и много изящности в отделке. Служба совершалась с большим благочинием, и Арабы, столь шумные и дикие в Православии, здесь тихи и слушают службу в молчании и с благоговением, – по крайней мере так сужу по виденному мною. В церкви показали нам на двух молодых Оксфордских Англичан, кажется, из духовного звания, которые обратились нынешнею весною здесь в Римское вероисповедание. Православие здесь мало расширяется. Греческое духовенство жалуется на происки Латинов и Протестантов; но Господи прости мое согрешение, кажется должно бы оно было более на себя жаловаться. Здесь нужно было бы непременно основать русский монастырь с приличным службе нашей благолепием, с певчими и пр. Все иностранцы вопиют о происках наших на Востоке, о властолюбии, духе господства, а мы и мизинцем не упираемся на Востоке. Вся забота о маленьких, дипломатических победах, которые остаются в архивах и на бумаге, а на народонаселения не изливаются. У всех держав здесь есть церкви, училища, больницы, странноприимные дома, монастыри, рассеявшиеся но всему Востоку; а у нас ничего этого нет. А может быть и то, что мы именно сильны здесь отсутствием своим и желанием некоторых, чтобы мы явились. Преждевременным явлением, мы, может быть, утратили бы силу, которою облекают нас упования и православные ожидания. Но все не мешало бы и нам иметь в надлежащих мерах, без притязания на первенство, христианский голос на земле, отколе пришло к нам христианское учение.

Я познакомился сегодня с отцом Лифимием, бывшим секретарем и библиотекарем. Ему более 70 лет. Он слаб на глаза и на ноги. О нем с большим уважением упоминается в восточной переписке Мишо, но ошибочно назван он там секретарем du prince Ipsilanti (следовательно Александра), а Анфимий, до вступления в монашество, находился при дяде его, который, кажется казнен был в 1807 году. Он сказывал мне, что едва-ли не обратил он Мишо в Православие. На слова Мишо, что папа должен быть непогрешителен потому, что он живое и непрерывное продолжение Апостола Петра. «Пожалуй и так», отвечал ему Анфимий, по и сам Петр подвергался три раза греху: во 1-х, когда он начал пререцати Христу и Христос сказал ему: «иди за мною сатано; яко не мыслиши яже суть Божия, но человеческая» (Мате. 16, 22-23). Слова, которые кстати можно применить мирским и честолюбивым притязанием папежства; во 2-х, когда он три раза отрекся от Иисуса, и в 3-х, по несогласиям своим с Апостолом Павлом. По мнению отца Анфимия, слова Иисуса: «блажен еси, Симоне» и пр. (Матф. 16, 17) не могут исключительно относиться к одному Петру, а относятся ко всем Апостолам. Христос спрашивает учеников своих: «вы же кого мя глаголете быти?» Петр отвечает один, но за всех: «ты еси Христос, Сын Бога живаго»(Матф., 16, 15-16), как и теперь, когда в школе учитель задает вопрос ученикам, то один отвечает, а не все отвечают вдруг. Христос не сказал: «ты же, Симон, за кого меня принимаешь?» а сказал вы, обращаясь ко всем ученикам. И ответ должен быть признаваем от всех. Слова: «на сем камени созижду церковь мою» (Матф. 16,18), должны относиться не к лицу Петра, а к вере, которой он с другими Апостолами исповедует, что посланный им есть Христос, Сын Бога живого. Впрочем нельзя не жалеть, что буквально разбирают смысл Евангелия. Тоже делают наши раскольники и заводят уродливые ереси на основании того или другого текста. Если держаться буквального смысла, то Латине правы; по почему папа есть прямой наследник Петра?