Пути за пределы "эго"

Со времен Древней Греции в западном мышлении решительно преобладает антропоцентризм (то есть сосредоточенность на человеке). Как говорит Бертран Рассел в своей книге «История западной философии» (1979, 90), «даже в лучших проявлениях философии после Демокрита (то есть после досократиков) ошибка состоит в неоправданно преувеличенном внимании к человеку по сравнению со Вселенной».

Карл Поппер, наиболее влиятельный представитель философии науки двадцатого столетия, подводит итоги этой философской традиции следующим образом:

В наши дни необходимо извиняться за интерес к философии в какой бы то ни было форме. ...С моей точки зрения, величайший скандал философии состоит в том, что, когда вокруг нас мир природы гибнет — и не только мир природы, — философы продолжают обсуждать, иногда умно, а иногда и не очень, существует ли этот мир (1974, 32).

В последнее время наиболее единодушную попытку противопоставить себя антропоцентрической традиции предприняла группа философов, выступающих под знаменами «глубинной экологии». Глубинная экология связывается с тремя фундаментальными идеями. Первая идея — эксцентризм, то есть экологически центрированный (или центрированный на Земле) подход к взаимодействию с миром вокруг нас, противопоставляющий себя антропо-, или человеко-центрированному подходу. С этой точки зрения «внечеловеческий» мир рассматривается как ценный в себе и сам по себе, а не в меру своей ценности и полезности для людей. Вторая идея состоит в том, чтобы задаваться все более глубокими вопросами, касающимися экологических отношений, в которые включены мы все, имея в виду главные причины взаимосвязанных экологических кризисов, а не их симптомы. Третья идея заключается в том, что мы все способны более широко и более глубоко отождествиться с окружающим нас миром, чем это обычно признают, и подобная форма саморазвития, саморазвертывания, или «самореализации», как говорит Нэесс, спонтанно ведет к желанию ценить и защищать целостность мира вокруг нас. Я называю этот третий смысл глубинной экологии «трансперсональной экологией», поскольку она явно указывает на постижение чувства самости, выходящей за пределы узкоограниченного биографического или эгоистического чувства самости, трансцендирующей его. Расширение и углубление нашей самотождественности, формирование ощущения причастности к окружающему миру, ведут от относительно узкого, атомистического, изолированного, так сказать, частицеобразного чувства самости к широкому, соучаствующему, полеобразному.

Именно последняя из трех идей в наибольшей степени характеризует глубинную экологию в отличие от других форм экологической философии. И эта мысль способствует возникновению диалога между глубинной/трансперсональной экологией и трансперсональной психологией.

Возможные источники напряжения между этими двумя направлениями — это, во-первых, вопрос о природе и цели (если таковая имеется) эволюции и, во-вторых, вопрос о фокусировании внимания на «этом мире», или на «консенсусной реальности» в противоположность фокусированию на «ином мире», или на «внеконсенсусной реальности». В отношении первого вопроса трансперсональные экологи вслед за эволюционными биологами спрашивают трансперсональных психологов, правомерно ли говорить о цели, или «телосе», эволюции. Что касается второго вопроса, то он состоит в том, взаимосвязывает ли нас центрированность на сознании как таковом с подлинно высшими — более развитыми или более реальными — состояниями бытия и формами реальности и не окажется ли сознание более похожим на зеркальный зал, в котором мы можем «потерять себя» в бесконечном очаровании, но вовсе не прийти к более «высокому» завершению. Это связано с вопросом, следует ли трансцендировать наше поистине ограниченное (и часто болезненно защищающееся) эгоистическое чувство себя посредством «вертикального» (то есть стремясь пережить «высшие» состояния бытия и формы реальности) или «горизонтального» (то есть стремясь пережить интимную связанность с окружащим миром вокруг нас, будучи листьями эволюционирующего Древа Жизни) движения.

Несмотря на эти возможные источники напряжения, трансперсональная экология и трансперсональная психология дополняют друг друга — может быть, необходимым образом — в решении своих задач. Трансперсональная экология привносит в трансперсональную психологию необходимое ей экологическое измерение, а сама получает от нее необходимое психологическое. Взаимодействие этих двух направлений может составить нашу величайшую надежду на будущее.

САМОРЕАЛИЗАЦИЯ