Путин. Наш среди чужих

В борьбе за экологию в 2006 году победил Олег Митволь, замруководителя «Росприроднадзора», федеральной службы по надзору в сфере природопользования. Конечно, не без поддержки Кремля.

В результате «Сахалин Энерджи» продал 51 % акций «Газпрому». Государству был возвращен крупнейший в мире нефтегазовый проект. Путин остался доволен этим, так как это была лишь часть его задумок по возвращению государственного контроля над стратегическими энергетическими ресурсами России. Это дало основание либеральным оппонентам президента заявлять, что идет возврат к советскому прошлому. Однако у Владимира Путина было иное мнение. Он знал одно: нельзя выпускать из-под контроля государства энергоресурсы, связанные с безопасностью России. Он понимал, что энергетическая политика эпохи Ельцина была ущербной для России. Но озвучивать свое видение он пока считал преждевременным. Сначала следовало добиться реальных результатов новой линии.

Европа долгое время снисходительно посматривала на Россию, воспринимая поставщиков энергоресурсов в качестве придатков стран-потребителей. Такой односторонний подход старой Европы к российским энергоресурсам совершенно не устраивал Путина. Западные политические круги прилагали массу усилий для того, чтобы не дать России идти по пути глубокой интеграции с европейскими партнерами.

В частности, в 2006 году палата лордов британского парламента запретила намечающуюся сделку «Газпрома» с британской энергокомпанией Gentrica. Не сложились сделки и по обмену 25 % Южно-Русского месторождения на доли в электростанциях Е. Оn в Великобритании, Италии и Германии. Даже Испания не пошла на сделку с «Газпромом» и «Лукойлом» по приобретению 20 % акций Repsol.

Не получилась сделка и с итальянской ENI. Не лучше обстояло дело и с постсоветскими странами, которые часто подпадали под западное влияние.

Путин поручил Медведеву выступить на Российском экономическом форуме в Лондоне. Тот сделал выпад в адрес Евросоюза: «Хартия в его нынешнем варианте — антироссийский документ, который не будет ратифицирован без серьезных изменений».

Евросоюзу было предложено подписать новый документ, который «определит иную систему отношений России и ЕС в области энергетической безопасности», подчеркнув, что «в противном случае мы консолидируем усилия стран — производителей газа и создадим картель, более влиятельный, чем ОПЕК».

Так была обозначена стратегическая линия политики, ориентированной на экспансию российских энергетических государственных корпораций на мировом рынке.

Сложности по доставке газа в Европу, возникшие из-за осложнений в отношениях с сопредельными странами, заставили сделать следующий решительный шаг.

Началась активная разработка проектов по прокладке двух новых газопроводов из России в Европу: по дну Балтийского моря в Германию (Nord Stream) и по дну Черного моря в Болгарию (South Stream).

Одновременно с этим продолжал строиться газопровод «Голубой поток», ведущий по дну Черного моря в Турцию.

Путин прекрасно понимал, что строительство газопроводов будет встречено сопротивлением ряда европейских стран, которым Россия платила за транзит многие миллиарды за доставку газа в Европу, но это его не останавливало.

«Ни для кого не секрет, что самое мощное «оружие» РФ в переговорах с Западом — ее газопроводы. Нефть может быть заменима, ее можно доставлять и танкерами. Но монополия России на газопроводы, ведущие с востока на запад, вполне может использоваться как инструмент для отстаивания политических интересов и жесткого отпора, если ей бросают вызов», — отмечали обеспокоенные американские политологи.

Западная пресса писала: «Чтобы стать «энергетической супердержавой», Дмитрий Медведев, первый вице-премьер и наиболее вероятный преемник Путина, заявил на конференции в Санкт-Петербурге, что экспорт энергоносителей, а также других природных богатств России станет основой возрождения страны. Благодаря чему будут получены средства для обновления инфраструктуры, диверсификации экономики и развития технологий»… «Мы должны сосредоточиться на создании крупных корпораций и поддержке их внешнеторговой деятельности», — заявил Медведев.

Конечно, западные аналитики не случайно всполошились, увидев за трубопроводом Nord Stream энергетическую зависимость Европы от России. Противодействуя этой тревоге, Владимир Путин пригласил Герхарда Шредера руководить этой компанией, поэтому Германия успокоилась, но остальные европейские страны волновались.