Путин после майдана. Психология осажденной крепости

Если бы каким-то чудесным образом (воздействием экстрасенсов через телевизор, например) вдруг стала невозможна коррупция, это бы попросту разрушило всю пирамиду власти. Люди из этой пирамиды утратили бы смысл жизни и деятельности. Разумеется, если смотреть правде в глаза, с целью «послужить народу» в чиновники вообще никто нигде и никогда не идет. Зато «в некоторых отдельно взятых странах» в чиновники идут с мыслью обеспечить себе стабильную, обеспеченную, наполненную социальными гарантиями жизнь. Люди же амбициозные, любящие деньги, рисковые идут в этих странах в бизнес. Где им, собственно, и место. И хрупкое равновесие этих двух параллелей: обеспеченного чиновничества со стабильным доходом и богатого, но и рискованно живущего бизнес-сообщества – обеспечивает какое-никакое равновесие. Иными словами, эти две группы не дают друг другу чересчур зарываться и терять голову от открывающихся возможностей. У нас же людям деятельным, энергичным и любящим деньги приходится идти во власть – потому что без этого никакого бизнеса не построишь. Если лишить их возможности использовать административный ресурс (коррупция!) для ведения бизнеса, то это мгновенно взорвет общество – подавленная энергия приведет к очередной революции.

* * *

Некоторое время тому назад по телеканалу «Россия» прошла блестящая передача «Специальный корреспондент», посвященная растаскиванию государственных земель в Подмосковье. Картина была нарисована по-настоящему страшная: в одной коррупционной связке оказались и старенькие академики ВАСХНИЛ-РАСХН, и полнокровные представители администрации районов, и брутальные товарищи от прокуратуры с милицией. То есть все люди, которые имеют хоть какой-то вес и власть в регионе, получили свою долю от украденной у государства (народа) земли. Лишними оказались фермеры, пытающиеся организовать продуктивное хозяйство и отказывающиеся продавать свою землю под следующую волну спекуляций… Развернув картину воровства и беззакония всех ответственных лиц, журналисты вполне конкретно сформулировали свой вывод: «складывается впечатление, что нынешняя система впитывает негодяев, как губка». Но эти люди не негодяи! Они просто следуют внутренним правилам системы. И в соответствии с главной установкой капитализма стремятся добыть как можно больше денег в предложенных обстоятельствах.

Кто предложил нам эти обстоятельства?

В последнее время все чаще прослеживаются попытки свалить всю вину на теплую компанию Егора Гайдара – Анатолия Чубайса. Яркий пример этих попыток – статья Юрия Лужкова и Гавриила Попова в январском номере (2010 год) «Московского комсомольца». В ней два московских градоначальника ярко рисуют Гайдара технократом, глубоко презирающим слабых обывателей, попавших в жернова капиталистических преобразований. Чего стоит эпизод с описанием того, как Гайдару доложили о 36 людях, умерших от голода в Зеленограде! Будто бы Егор Тимурович невозмутимо ответил в духе социального дарвинизма – слабые должны умирать. Статья Лужкова – Попова, очевидно, преследовала спрятанные от глаз и умов читателей административно-политические цели. Тем не менее даже эти внутренне ангажированные авторы отмечают, что Гайдар искренне верил: жесткий период перехода от одних законов к другим будет коротким, быстро воцарится рынок и возродит страну к жизни. Гайдар ошибся. Лужков и Попов удовлетворяются констатацией этого факта. И декларируют, что именно с реформ Гайдара началось разграбление России аморальными мошенниками, быстро превратившимися в олигархов. А нам представляется, что самое интересное – в чем ошибся Гайдар?

Будучи экономистом и технократом, Гайдар оказался далек от мысли о том, что капитализм – это не только рыночный механизм, но еще и люди, которые своим участием обеспечивают функционирование этого рыночного механизма. Сильно утрируя ситуацию, заметим: никому же не придет в голову запускать рыночный механизм среди детей детсадовского возраста. Очевидно, что этот механизм может хорошо работать только в определенной человеческой среде, ведь и родился он в определенной человеческой среде, для которой и эффективен.