Читаем Рабочее самоуправление в России. Фабзавкомы и революция. 1917–1918 годы полностью

Наконец, мы видели, что фабзавкомы, помимо того, что они были органами самоуправления, носили на себе элементы революционных организаций. После Октября потребность в этой их функции в значительной мере отпадает. Снижается и степень чрезвычайности ситуации, явившейся в прошлом одним из компонентов, способствовавших фабзавкомовскому строительству. Хотя и после Октября остаётся потребность отстаивать свои права перед предпринимателями, теперь эта функция всё больше переходит от фабзавкомов к государству.

Что же касается интеграционных процессов, то здесь мы также не видим каких-либо масштабных положительных достижений. Наоборот, хотя объединительные тенденции сохранялись, теперь они существенно ослабевали в связи с появлением совнархозов и других экономических органов нового государства209. Показательна в этом плане роль и судьба Центрального совета фабзавкомов. Его руководящая и координирующая деятельность, несмотря на все старания целой плеяды замечательных представителей фабзавкомовского движения, настоящих энтузиастов своего дела, по сути, так и не стала решающим фактором становления органов рабочего самоуправления после революции. Даже решение о своём расформировании ЦС ФЗК встретил совершенно безропотно, просто часть его аппарата переходит в Северный совнархоз, часть в московские ведомства, часть распыляется по низовым структурам фабзавкомов, совнархозов, Советов и профсоюзов. В 1918 г. после консультаций и предварительного совместного обсуждения, на котором присутствовали представители ВЦСПС, ЦС ФЗК и президиума VI Петроградской конференции ФЗК, было разослано Циркулярное письмо ВЦСПС, в котором отмечалось, что «согласно намеченным принципам» все функции, выполняемые Центральным советом ФЗК, передаются соответствующим производственным объединениям, центром же фабзавкомов, согласно этому циркуляру, становился сам ВЦСПС – фактически это решение ставило точку на попытках создать стройную общероссийскую систему органов рабочего производственного самоуправления210.

Понятно, что сами по себе отмеченные выше противоречия не несли прямой угрозы самостоятельности органов производственной демократии, каковыми являлись фабзавкомы. Но они могли сказаться самым пагубным образом на способности фабзавкомов к сопротивлению неблагоприятным внешним воздействиям, в случае их неожиданного нарастания.

7. Фабзавкомы и конверсия

Основные тенденции развития рабочего представительства, его взаимоотношения с властью, формы рабочего контроля и другие аспекты становления системы самоуправления рабочих после Октября могут быть глубже поняты в контексте участия фабзавкомов в демобилизации промышленности, развернувшейся на рубеже 1917-1918 гг. Выход из войны к моменту прихода большевиков к власти оставался единственным шансом самосохранения России. Вопросы войны и мира экстренно пришлось бы решать любому общенациональному правительству, заинтересованному в выживании государства. Выход же из войны был немыслим без перевода экономики на мирный путь развития. Поэтому конверсия стала первым независящим от идеологии общегосударственным проектом, лёгшим на плечи большевиков. Отметим, что вопросы конверсии в современных обществах, как правило, решаются на общенациональном уровне, при помощи жёстких централизованных программ. В России же ни до, ни тем более после Октября правительство не располагало аппаратом для проведения демобилизационных мер в масштабах всей страны211. Единственным рычагом, на который новые власти в тот момент могли рассчитывать, была молодая система рабочего контроля. В этих экстремальных условиях участие в демобилизации для фабзавкомов и прочих органов самоуправления становилось экзаменом на жизнестойкость.

Первоочередные меры по переводу промышленности на мирные рельсы уже 25 ноября 1917 г. были намечены Наркоматом труда, выполнявшим до января 1918 г. хозяйственные функции, перешедшие позже к ВСНХ212. Предполагалось силами фабзавкомов и профсоюзов на оборонных предприятиях в ближайшее время провести опись имеющегося сырья, топлива, полуфабрикатов, уточнить перечень изготовляемых изделий. Предусматривалось также, что органы рабочего самоуправления самостоятельно определят предметы мирного обихода, которые сможет выпускать их предприятие213. Некоторое время спустя, 9 декабря, Совнарком выступает с воззванием ко всем рабочим России. В нём ставилась задача прекращения работ на военные нужды и перехода к производству мирной продукции214. Наконец, специальным постановлением Народного комиссара труда от 20 декабря вся текущая работа по демобилизации возлагалась на органы рабочего самоуправления.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?

Зимой 1944/45 г. Красной Армии впервые в своей истории пришлось штурмовать крупный европейский город с миллионным населением — Будапешт.Этот штурм стал одним из самых продолжительных и кровопролитных сражений Второй мировой войны. Битва за венгерскую столицу, в результате которой из войны был выбит последний союзник Гитлера, длилась почти столько же, сколько бои в Сталинграде, а потери Красной Армии под Будапештом сопоставимы с потерями в Берлинской операции.С момента появления наших танков на окраинах венгерской столицы до завершения уличных боев прошло 102 дня. Для сравнения — Берлин был взят за две недели, а Вена — всего за шесть суток.Ожесточение боев и потери сторон при штурме Будапешта были так велики, что западные историки называют эту операцию «Сталинградом на берегах Дуная».Новая книга Андрея Васильченко — подробная хроника сражения, глубокий анализ соотношения сил и хода боевых действий. Впервые в отечественной литературе кровавый ад Будапешта, ставшего ареной беспощадной битвы на уничтожение, показан не только с советской стороны, но и со стороны противника.

Андрей Вячеславович Васильченко

История / Образование и наука