Рабочее самоуправление в России. Фабзавкомы и революция. 1917–1918 годы

Одним из первых, с перерывом меньше месяца, с инициативой провести вторую «конференцию фабрично-заводских комитетов г. Москвы в самое ближайшее время» выступил фабзавком Московского телефонного завода³⁰. Аналогичные требования выдвинули рабочие Замоскворецкого трамвайного парка, подстёгиваемые к тому же корниловским выступлением³¹. Большевики, учтя опыт первой конференции, загодя готовились придать конференции острый политический, протестный подтекст³², но эта мера во многом была уже излишней. Не большевики, а сама обстановка подводила органы рабочей самоорганизации к более активным решениям³³. Теперь большевикам приходилось задумываться не о том, как увлечь своим радикализмом рабочих, а как бы не отстать от быстрого полевения их настроений. В определённом смысле ключевая резолюция конференции о рабочем контроле и борьбе с хозяйственной разрухой шла дальше, чем аналогичные решения VI съезда большевиков³⁴. Проходившая с 12 по 17 октября 1917 г. вторая конференция фабзавкомов Москвы задним числом осудила ненавистные рабочим скобелевские циркуляры³⁵ и возложила ответственность за разруху на имущие классы, выход же из сложившейся ситуации делегаты видели в «немедленной национализации» ряда отраслей, «принудительном синдицировании», а также промышленном и банковском контроле³⁶.

В целом по стране в период двоевластия состоялось около полусотни подобных форумов фабзавкомовского движения разных уровней. Из учтённых 49 конференций и съездов городского, районного или отраслевого масштаба, проходивших с 29 апреля по 5 июля 1917 г., по которым имеются данные, лишь 4³⁷ прошли при явным преобладании правых социалистов, на остальных доминировали большевики³⁸.

2. 1 Всероссийская конференция ФЗК

Координация усилий между различными фабзавкомами, а также их городские и региональные конференции – всё это составляет основу довольно стройной пирамиды фабзавкомовского движения. На первом этапе рабочее самоуправление ограничивалось рамками отдельных локальных коллективов цеха, участка или предприятия. На втором – складываются горизонтальные и вертикальные связи на уровне города или района. На третьем же этапе должно было произойти структурирование рабочего самоуправления во всероссийском масштабе³⁹. И о том, что такое развитие было вполне реальным, свидетельствует работавшая с 17 по 22 октября, то есть в самый канун большевистского переворота, I Всероссийская конференция фабрично-заводских комитетов⁴⁰.

Всероссийская конференция фабзавкомов даже моментом своего проведения как бы проводила определённую черту под целой эпохой рабочего самоуправления. Делегатов конференции от трудовых коллективов интересовали не только вопросы о власти, хотя тогда они интересовали, наверное, всех, но и механизмы налаживания взаимодействия между городом и деревней, финансовое положение, ситуация на транспорте, нехватка топлива и т.д. В этом отношении характерно, что специально посвященный состоявшемуся форуму выпуск журнала ЦС ФЗК сосредотачивался именно на подобных, будничных вопросах, не найдя места для публикации докладов «вождей пролетарской революции», которыми те пытались задать ход конференции. А если учесть, что журнал имел весьма ограниченный тираж и что в российскую глубинку попадали лишь отдельные номера, то на какой-нибудь фабрике в Рязанском или Владимирском крае могло сложиться впечатление, что никаких политических страстей на первой конференции ФЗК России и не бушевало⁴¹.

Ключевой темой конференции стала тема рабочего контроля. По итогам жаркой дискуссии вокруг доклада Ю. Ларина была принята специальная резолюция, в которой фабзавкомы выразили свои истинные претензии в экономической и организационной сферах. В ней, в частности, говорилось: «Низвергнув самодержавие в политической области, рабочий класс стремится доставить торжество демократическому строю и в области своей производственной деятельности»⁴². По поводу характера и роли рабочего контроля в общем революционном движении в документе говорилось, что «организация рабочего контроля является таким же здоровым проявлением рабочей самодеятельности в области производства, как организация партийной деятельности – в области политики, организация профессиональных союзов – в области отношений найма, организация кооперативов – в области потребления»⁴³. Резолюция тем самым как бы очерчивает контуры складывающейся системы рабочего представительства: от политики до экономики. Вместе с тем эта резолюция вскрыла противоречия, которые к Октябрю 1917 г. выявились в рабочем движении достаточно полно. Противоречия эти являлись следствием не только усилившегося отставания темпов роста органов рабочего самоуправления от динамики политических изменений, но и неоднозначности положения, которое фабзавкомовское движение занимало в складывающейся структуре рабочих организаций в целом.