Radiohead. Present Tense. История группы в хрониках культовых медиа

– Подписка, дружище, – лихорадочно твердит Эд. – Подписка. Все изменится. Мне кажется, есть определенная аналогия между тем, что происходит в футболе и с музыкой. Я не собираюсь никому объявлять войну – в конце концов, мы этим на жизнь зарабатываем, – но, по сути, лейблы просто обманывают свои группы. Это факт. И все изменится. С появлением онлайн-дистрибуции изменится сам процесс производства музыки. Сначала этот процесс диктовался пластинками на семьдесят восемь оборотов, потом сорокапятками, потом лонгплеями на тридцать три оборота, потом компакт-дисками – но сейчас все изменилось. Разве это не круто – выпускать по одной песне в месяц по подписке, чтобы люди их скачивали? А через пару лет выпустить компиляцию, если уж кому-то этого захочется. И лет через десять группы станут получать столько же, сколько сейчас футболисты: какие-нибудь Coldplay смогут зарабатывать сорок штук в неделю.

Джонни Гринвуд, напротив, говорит на эту тему без всякого мессианства:

– Я как-то не уверен. Выпускать песни быстро, сразу после записи – это, конечно, круто, но что же тогда делать с ощущением особого события? Помню, я покупал альбомы The Smiths, и вся их упаковка, вся идея были просто потрясающими. Так что у меня к этому двойственное отношение.

Сейчас, конечно, мы находимся в полностью свободной от брендов среде, избавившись даже от Ultimate Burger и палатки с тостами. С не меньшим энтузиазмом Эд начинает рассказывать о своей любви к антикорпоративной библии No Logo. Она явно сильно повлияла на него…

– О, очень сильно. Она выразила словами мои чувства. А еще мне понравилось, что в конце там определенный оптимизм, она говорит о растущих глобальных настроениях.

Говорят, вы недавно были на демонстрации…

– На Первое мая. В Лондоне, где измазали краской кенотаф.

А вы, э-э-э, принимали активное участие?

– На самом деле нет. Помню, стоял под Черчиллем с каким-то парнем с зеленым ирокезом. Страшно было? Нет. Хотя в первых рядах было немного неприятно, да.

Холодильники пустеют, и народ постепенно начинает расходиться и вызывать такси. Зрители из Ньюпорта уже давно разъехались – либо с нетерпением ждать выхода Kid A, либо тихо удивляться, что же случилось с группой, которая сочинила Fake Plastic Trees.

Примерно в полночь среди остатков прежней роскоши появляется невысокая фигурка. Это Том Йорк, на губах у него хулиганская улыбка.

– Все хорошо? – спрашивает он.

– Все хорошо? – переспрашивает Select.

А потом он исчезает, и гости отправляются по домам, пробираясь через тысячи стаканов Budweiser.

Часть шестаяЧья армия?

Глава 1Рецензия на Amnesiac

Ар Джей Смит, Village Voice, 26 июня 2001 года

Самолет-кукурузник облетел стадион, неся за собой баннер из тех, что обычно видят на пляже. Надпись, впрочем, была совсем не такой, какие мы обычно видим на лос-анджелесском стадионе «Доджер». На баннере, лениво колыхавшемся на полуденной жаре, было написано «Radiohead Amnesiac». Парень рядом со мной поднял голову и задумчиво спросил:

– Интересно, за кого они держат свою аудиторию?

«Вы и какая армия?» – должен был ответить я.

Небольшое резюме, пока у самолета еще не закончилось топливо: в 1997 году Radiohead издали OK Computer, панорамную стену информационной паники, которая критиковала новую технологию, головокружительным образом используя очень старую технологию – электрогитары. Альбом разошелся в США тиражом около 1,5 миллиона экземпляров, повлиял на инди-рокеров, диджеев-вертушечников и нескольких смелых рэперов, а группа сняла документальный фильм, в котором умоляла мир уйти куда-нибудь подальше, словно они вампиры, сгорающие при солнечном свете. А потом у них началась настоящая паника.

В прошлом году они выпустили Kid A, который, вдобавок к очень плохому оформлению, вызвал ужас даже у фанатов Radiohead: практически никаких гитар, никаких научно-фантастических повествований и куча пищащих звуков из реанимации; альбом звучал страшновато, урезанно, уклончиво. Radiohead пережили успех, превратившись в совершенно другую группу.