Рай для немцев

За полосами военной администрации в ведении гражданской администрации находились два комиссариата, которые номинально подчинялись созданному 17 июля 1941 г. и утвержденному в ноябре^{390} «Восточному министерству» (Ostministerium) во главе с Розенбергом; его заместителем и постоянным представителем на оккупированной территории являлся Альфред Майер^{391}. Это министерство в шутку немцы именовали «министерство хаоса», поскольку Розенберг почти не имел возможностей влиять на номинально подчиненные ему рейхскомиссариаты «Ост-ланд» (во главе с Генрихом Лозе, гауляйтером Шлезвига и Гольштейна) и «Украина» (во главе с гауляйтером Восточной Пруссии Эрихом Кохом)[22]. Крым планировали сделать частью рейхскомиссариата «Украина». В СССР наивысший административный пост, доступный местным, был пост бургомистра или (редко) окружного начальника. Впрочем, в Польше местным жителям и эти административные должности были не доступны. И Кох и Лозе имели прямой выход на Гитлера и, разумеется, следовали его распоряжениям, а не приказам Розенберга. Конкурентами фиктивной власти Розенберга были Геринг с полномочиями экономического диктатора; министерство вооружений Шпеера, обладавшего особой властью; ведомство Заукеля, ведавшее рекрутированием рабочей силы, а также многочисленные эсэсовские начальники^{392}.

Сначала немецкая оккупационная политика исходила из необходимости создания на территории СССР нескольких вассальных государств. Эта концепция Розенберга представлялась оптимальной, ибо готовность к сотрудничеству в западных районах СССР была довольно велика. Гитлер и сам указывал, что идеология не является прочным связующим элементом советской системы, и стоит только убрать функционеров, поддерживающих ее, как государство рухнет^{393}. Если в момент нападения на Польшу характер войны на уничтожение был неочевиден, то в войне против СССР он стал явственным; Гитлер неоднократно повторял, что это война на уничтожение, и ни о каких послаблениях врагу не может быть и речи. Гитлеровские планы предусматривали оккупацию СССР до Урала; на этой линии нацисты собирались удерживать противника точно так же, как на своих границах Римская империя удерживала варваров.

Советские немцы и некоторые национальные группы (латыши, эстонцы) в СССР были признаны «достойными германизации»; другие нации рассматривались как резервуар дешевой рабочей силы.

Единственным осуществленным на Украине проектом по колонизации было поселение Хегевальд; для него силой очистили от украинцев несколько сел и заселили их немцами с Волыни^{394}. Вообще, ожидания аграрных романтиков Гиммлера и Розенберга в отношении бурной немецкой колонизации Востока оказались полной чепухой; хотя во время войны на Восток переместилось около полумиллиона немцев, но это были не крепкие крестьяне-фермеры, а горожане: чиновники и предприниматели, приехавшие в надежде получить синекуры или чем-нибудь поживиться.

Промышленный потенциал оккупированных советских территорий не очень эксплуатировался нацистами: в их распоряжении находилось промышленное производство всей Европы; на Востоке они занимались в основном грабежами. В будущем, однако, планировалась «европеизация» и «модернизация» некультурного, с точки зрения нацистов, Востока — все пространство до Черного моря они собирались покрыть сетью автобанов. При этом Гитлер принципиально отклонял возможность сотрудничества с местным населением, что не без успеха делали японцы при оккупации Юго-восточной Азии. Берлин отклонил также предложение Муссолини декларировать европейскую хартию, которая дала бы народам оккупированной Европы какую-нибудь надежду на самостоятельность в будущей Европе.