Рай где-то рядом

— Откуда мне было знать, понравится или нет? И если уж начистоту, Норма, тебе здесь тоже несладко.

— Да, несладко, — согласилась Норма, — но я не то что ты, Мэкки. Я как могла старалась привыкнуть, и не хочется думать, что эти два года я потратила зря. Мэкки вздохнул:

— Ладно, ладно, остаемся. Не хочу тебе портить жизнь. Норма тоже вздохнула:

— Мэкки, ты же знаешь, я тебя люблю… я все сделаю по-твоему, но, ради бога, подумай хорошенько. Нам устроили такой прощальный вечер, а мы приползем обратно: «Здрасьте, а мы вернулись. Принимайте». Вот будет позорище! Мэкки взял Норму за руку.

— Родная, кому какое дело? Столько людей уезжают, а потом возвращаются домой!

— Ну а я не из них! А что тетя Элнер? С ней-то вы уж точно все обсудили.

— Она вернется с радостью, но решать тебе — как скажешь, так она и сделает.

— Чудненько. Как всегда, двое против одного, и, если я откажусь, на меня все шишки посыплются.

Норма умолкла, глядя на Мэкки в упор и часто моргая. Наконец выговорила:

— Ладно уж, возвращаемся. Только обещай, что хотя бы пару лет ты нас больше никуда не потащишь и мы поживем спокойно. Третьего переезда подряд я не переживу. — Обещаю, — сказал Мэкки.

— Что творится! Ужас, как ты меня расстроил, теперь разве что мороженое утешит.

Мэкки подпрыгнул от радости: значит, решено!

— Сиди, родная, — сказал он, — я принесу. Тебе два шарика или три?

Норма полезла в сумочку за носовым платком.

— Гм… пожалуй, три: в «Худеем вместе» я все равно не пойду, раз мы уезжаем.

К счастью, домик с террасой и видом на лимонную рощу удалось продать очень скоро. Через три дня нашелся покупатель, а через месяц они получили деньги. И все равно переезжать второй раз было очень хлопотно. Хорошо хоть Норма распродала не все свои безделушки; керамическая музыкальная шкатулка с танцующими аистами и любимая шляпка в тяжелые минуты служили ей утешением.

По дороге домой, под неумолчные вопли Сонни, Норма уговаривала себя не брюзжать, дабы не уподобляться матушке, но ее терпение лопнуло, когда тетя Элнер фыркнула с заднего сиденья: «Норма, думай о хорошем: радуйся, что вы не продали свои места на кладбище».

— Не успела я начать новую жизнь, а мы уже возвращаемся домой умирать, как старые слоны, — пожаловалась она.

К сожалению, за те два года, что они провели во Флориде, цены на недвижимость в Элмвуд-Спрингс подскочили почти вдвое: рождались компьютерные фирмы, хлынул новый народ. Некогда крохотный городишко разрастался вширь. Строился еще один гигантский торговый центр, жители перебирались в предместья, а их с Мэкки прежний дом — красивый, кирпичный, с четырьмя спальнями — снесли, освободив место для многоэтажки, хоть занимал он всего-навсего клочок земли.

Элнер оказалась самой дальновидной. Дом свой она решила не продавать, а сдала друзьям Руби; те съехали, и Элнер смогла вернуться. А Норме и Мэкки пришлось довольствоваться домиком с двумя спальнями в новом районе Арбор-Спрингс, да и то денег не хватило, и Мэкки был вынужден устроиться на работу в магазин «Все для дома». Норма упрашивала тетю Элнер перебраться к ним или, на худой конец, в Центр ухода за престарелыми, но тетя Элнер предпочла свой дом, а Мэкки, как всегда, поддержал ее. И вот по его милости Норма спешит к своей старенькой тете, у которой, наверное, сломана рука, нога или еще того хуже. Ведь может статься, что она сломала шею, лежит парализованная и до конца дней будет прикована к инвалидной коляске.

«Ужас! — думала Норма. — Вот несчастье, если бедная тетя Элнер не сможет ходить!» Хорошо бы купить ей новомодную коляску с моторчиком. И надо же было такому случиться сейчас, когда они переехали в дом без пандуса! Что ж, придется Мэкки соорудить пандус, ведь в крошечном домике тети Элнер на троих места не хватит, не говоря уж о Линде с дочкой, которые часто приезжают погостить.

— Поделом тебе, Мэкки! — вырвалось у Нормы. — Все из-за того, что меня не послушал!

Трое в машине у светофора уставились на Норму как на сумасшедшую. Домчав до следующего перекрестка (мысли у нее тоже неслись с бешеной скоростью), Норма подумала: может, Мэкки не так уж виноват? Надо было настоять на своем и вообще не соглашаться на переезд во Флориду. Она ведь предупреждала Мэкки о своих дурных предчувствиях, но они так часто мучают Норму, что и не разберешь, где и вправду дурное предчувствие, а где просто нервы разгулялись. И не знаешь, когда настоять на своем, а когда промолчать. Вот и приходится молчать. За квартал от дома тетушки Норма уже и думать забыла о Мэкки и винила во всем одну себя. «Это все из-за меня! — всхлипывала она. — Не надо было бросать ее одну в старом доме!»

Оглянувшись, Норма опять увидела машину, чьи пассажиры глазели на нее у предыдущего светофора. Опустив стекло, она сообщила: «Моя тетя упала с фигового дерева». В тот же миг зажегся зеленый и авто с зеваками умчалось прочь на полной скорости.

ВЕРБЕНА УЗНАЕТ НОВОСТИ

08:41