Расколотая душа

Торжество было в стиле Элизабет — пышным и запоминающимся. Алкоголь и деликатесы ломили столы, когда народ в империи страдал от голода. Пафосные мужские рожи и высокомерные лица барышень противоречиво бросали на нас свои взгляды, иногда перешептываясь.

Гордо вскинув подбородок, я прошла через большую часть половины зала и нагло села рядом с третьим принцем, рассматривая гостей.

— Не нальешь мне вина, — я перевела взгляд на Роберта, сидящего рядом, который довольно улыбался и раскачивался на стуле.

— Да… С удовольствием, Ади… — Он взял бокал и безмолвно налил мне вина из хрустального графина, после чего передал его мне, приложив максимум усилий, чтобы наши пальцы соприкоснулись.

Я послала ему томную улыбку и закинула ногу на ногу, после чего залпом осушила бокал и поставила его на стол, требуя добавки.

— Сегодня прекрасный вечер, дорогая невестка, — он ножом разрезал яблоко и положил мне на тарелку, а затем, снова наполнил бокал. — Жаль, что твое прекрасное платье слегка испачкано, но ты и так восхитительна. Впрочем, как и всегда…

Стоило только выпить и чувство пустоты исчезло, вместе с болью, разрывающей грудную клетку. Мои губы скривились в циничной усмешке. — Прихвостни князя уже прислали доклад наследному принцу о моих «злодеяниях»?

— Ооо, не ожидал, что ты так быстро все поймешь, — принц снова наполнил мой бокал и усмехнулся. — Ади, ты же понимаешь, что появилась отличная возможность свергнуть нынешнюю власть и благодаря тебе, князь наконец, очистит свое имя от ненужных сплетен. Твоя сестра просто нечто. Все, что ты делала, в итоге, оказалось бесполезным.

Я посмотрела на Кая, который сидел в центре зала, в тронном кресле. Впервые, за столько времени, он обратил на меня внимание во дворце и все потому, что я выделялась среди остальных гостей. Его лицо было все таким же безмятежным и сосредоточенным.

— Какой же ты идиот, Роберт, — от выпитого вина меня немного лихорадило и вдруг, почувствовала приступ безрассудного гнева, но я всего лишь покачала головой. — Ты всего лишь одна из игральных карт, которой играют, переодически выкидывая из игры, а затем снова выбрасывают в бушующий шторм. Только ты не в состоянии прыгнуть самостоятельно в этот водород, снова… Вся жизнь — это игра, в которой нужно сделать правильный ход, но я ошиблась и переиграть уже не смогу, к огромному сожалению… У меня было намного больше потерь в жизни, чем может показаться с первого взгляда. Когда казалось, что уже все кончено, я делала еще один ход, а потом еще, и поэтому, смогла выстоять до сих пор. Моя игра подошла к концу, как собственно, и твоя третий принц. До финала совсем близко. Однако, у тебя все еще есть шанс изменить ход на правильный, а у меня уже нет. И все, что мне остается — это сожалеть о том, что я сделала не так в этой жизни.

— Я не проиграю Ади, — глухо прорычал Роберт. — Я пожертвовал слишком многим, что бы наконец, этот день наступил. Я не сдамся, как это сделала ты. Твой итог очевиден был с самого начала…

Слуги убрали со стола, после, принесли еще вина и закусок. Я повернулась к Роберту, взглянув в его глаза, как вдруг, вспомнила первый день нашего знакомства. Я все никак не могла понять, почему озорной, юный мальчишка внезапно стал таким злым и властным.

— Ты ошибаешься если думаешь, что я так просто сдамся, — я продолжала пристально смотреть на него, пытаясь найти ответы. — Я сделаю все, что бы предотвратить сегодняшнее бедствие и не позволю захватить вам власть, ну а после, настанет и конец, но не только для меня. Я заберу вас вместе с собой в адскую бездну… Можешь не сомневаться в этом, Роберт.

— Ты в самом деле, ненормальная, — медленная улыбка искривила его рот, а в глазах промелькнула злорадство. — Твой финал такой лишь потому, что ты слишком верила в судьбу и справедливость… Не понимаю, почему отказалась присоединиться к нам… Все эти люди ненавидят тебя и хотят твоей смерти. Ты знаешь об этом, но все равно продолжаешь их защищать. Скоро ты снова в этом убедишься…

До моих ушей доносились громкие звуки музыки и смех гостей. Свет сотен свечей, начищенных до блеска золотых подсвечников, вспыхивал огнями, преломляясь в стенах, покрытых драгоценностями. Возможно, эту ночь я уже не смогу пережить, но как же хотелось оставить отпечаток красоты этой жизни в своей памяти. На губах появился вкус горечи.

Кай смотрел на меня так пристально, что мне стало не по себе. Я жадно впитывала взглядом дорогие сердцу черты; серебряные глаза, чувственные губы… Такой родной и чужой одновременно.