Читаем Рассказы о книгах полностью

Подобное деление на три вида диктовалось отчасти особенностью медных гравировальных досок, которые большого тиража не выдерживали, "уставали" и начинали давать плохие отпечатки или изнашивались вовсе.

Содержание книги было разбито на три части. Цензурное разрешение получено 25 мая 1815 года, а поступили книги в продажу -- две первых части около 1 декабря того же года, а последняя часть -- в январе 1816 года.

В издание вошло 70 басен.

Мои экземпляр -- из числа веленевых, "подносных". Переплетен в красный марокен, с золотым обрезом.

Имеется такой же экземпляр второго вида, в простом переплете, на обыкновенной бумаге, со всеми гравюрами, кроме одной: на странице 47 первой части -- гравированная виньетка "Квартет" отсутствует. Очевидно лопнула гравировальная доска во время печатания первых экземпляров. Вместо виньетки набрано: "Конец первой части". Кроме того, на странице 21 третьей части почему-то выпало заглавие басни "Волк на псарне". Стоит просто номер "XV". В веленевых экземплярах есть и номер и заглавие. Во всем остальном -- экземпляры идентичны.

Имеется у меня также экземпляр третьего, удешевленного вида, без гравюр вовсе, с одной заглавной виньеткой.

Следующее, еще более богато иллюстрированное издание басен 1825 года (оно будет описано отдельно, на своем месте) вышло в свет также в трех видах: на веленевой бумаге, с гравюрами, на бумаге простой, с гравюрами и экземпляры дешевые, без гравюр.

Тираж этих удешевленных (без гравюр) басен издания 1825 года был для своего времени громаден: десять тысяч экземпляров. Из них, веленевых, вероятно, всего сто, а с гравюрами, но на простой бумаге -- экземпляров двести--триста.

Интересно отметить, что дешевые (без гравюр) экземпляры басен издания 1815 и в особенности 1825 года встречаются сейчас значительно реже, чем экземпляры второго и первого видов (с гравюрами). В. А. Верещагин, описывая эти книги в своем справочнике, сообщает: "Обе они (1815 и 1825 годов) были изданы, по всей вероятности, в весьма ограниченном количестве экземпляров и в тех, весьма редких случаях, когда они попадаются в продаже, оказываются большей частью переплетенными в современный изданию сафьяновый переплет с золотым обрезом"30.

В. А. Верещагин, разумеется, видел и описал только особые, иллюстрированные виды издания. Он абсолютно прав, говоря об их редкости. Однако, как ни редки они, как бы ни был мал их тираж,-- экземпляры эти все-таки встречались и нет ни одного более или менее значительного собрания книг, где бы они не стояли на полке.

Другое дело -- простые безгравюрные экземпляры. Несмотря на значительный их тираж и более дешевую цену, они почти совсем исчезли с книжного горизонта. Находящийся у меня простой безгравюрный экземпляр басен издания 1825 года в обложке я имею все основания считать уникальным, так как подобного экземпляра я не нашел ни в одном государственном или частном собрании.

Объясняется это, конечно, тем, что дорогие, "с картинками" экземпляры предназначались для привилегированного сословия, имевшего библиотеки, в которых книги эти тщательно сохранялись.

Из этих библиотек они изредка попадали потом на книжный рынок и продолжали украшать коллекции других собирателей.

Басни Крылова без гравюр, дешевые, покупал народ, который читал их, зачитывал "до дыр", и книги эти в конце концов утрачивались, пропадали. Вот и получилось парадоксальное явление: экземпляры, отпечатанные в какой-нибудь сотне экземпляров,-- найти можно, а экземпляры, оттиснутые в количестве десяти тысяч,-- почти уникальны.

С точки зрения полиграфического искусства иллюстрированные книги басен Крылова издания 1815 и 1825 годов Образцовы и являются одними из лучших русских иллюстрированных изданий.

Как я уже говорил, мне посчастливилось: я имею оба эти издания во всех трех их видах.

Иван Андреевич Крылов знал, что книги его раскупаются мгновенно, и особенно интересовался тиражами именно простых, удешевленных изданий "для народа". О необыкновенном успехе этих изданий он говорил, что "басни его дают в руки детям, а дети не умеют беречь книг..."31 Лукавая улыбка баснописца при этом понимающим людям говорила о весьма многом.


ИЗДАНИЯ БАСЕН МЕЖДУ 1815 И 1825 ГОДАМИ


Ровно через год после выхода иллюстрированного издания (1815), в котором было три части, Крылов в театральной типографии А. Похорского последовательно, одну за другой выпускает четвертую и пятую части с новыми баснями.

Эти новые две части служат прямым дополнением к иллюстрированному изданию 1815 года. Цензурное разрешение на четвертую часть, содержащую 21 новую басню, получено 25 февраля 1816 года, а на пятую часть, с 23 баснями,-- 7 марта.

Выпущены обе части из типографии А. Пехорского 5 апреля 1816 года32

Обе части напечатаны тиражом 1200 экземпляров, причем какое-то количество из них на особой бумаге, как приложение к особым, "подносным" экземплярам 1815 года, остальные -- на бумаге простой, такой же, как и у безгравюрных дешевых изданий того же 1815 года. Портрет И. А. Крылова здесь появился впервые.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Марк Твен
Марк Твен

Литературное наследие Марка Твена вошло в сокровищницу мировой культуры, став достоянием трудового человечества.Великие демократические традиции в каждой национальной литературе живой нитью связывают прошлое с настоящим, освящают давностью благородную борьбу передовой литературы за мир, свободу и счастье человечества.За пятидесятилетний период своей литературной деятельности Марк Твен — сатирик и юморист — создал изумительную по глубине, широте и динамичности картину жизни народа.Несмотря на препоны, которые чинил ему правящий класс США, борясь и страдая, преодолевая собственные заблуждения, Марк Твен при жизни мужественно выполнял долг писателя-гражданина и защищал правду в произведениях, опубликованных после его смерти. Все лучшее, что создано Марком Твеном, отражает надежды, страдания и протест широких народных масс его родины. Эта связь Твена-художника с борющимся народом определила сильные стороны творчества писателя, сделала его одним из виднейших представителей критического реализма.Источник: «Марк Твен».

Мария Нестеровна Боброва , Мария Несторовна Боброва

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Образование и наука / Документальное
Литература как жизнь. Том I
Литература как жизнь. Том I

Дмитрий Михайлович Урнов (род. в 1936 г., Москва), литератор, выпускник Московского Университета, доктор филологических наук, профессор.«До чего же летуча атмосфера того или иного времени и как трудно удержать в памяти характер эпохи, восстанавливая, а не придумывая пережитое» – таков мотив двухтомных воспоминаний протяжённостью с конца 1930-х до 2020-х годов нашего времени. Автор, биограф писателей и хроникер своего увлечения конным спортом, известен книгой о Даниеле Дефо в серии ЖЗЛ, повестью о Томасе Пейне в серии «Пламенные революционеры» и такими популярными очерковыми книгами, как «По словам лошади» и на «На благо лошадей».Первый том воспоминаний содержит «послужной список», включающий обучение в Московском Государственном Университете им. М. В. Ломоносова, сотрудничество в Институте мировой литературы им. А. М. Горького, участие в деятельности Союза советских писателей, заведование кафедрой литературы в Московском Государственном Институте международных отношений и профессуру в Америке.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Дмитрий Михайлович Урнов

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Документальное