Читаем Рать порубежная. Казаки Ивана Грозного полностью

Непотребство — излишний поступок дурной нравственности и поведения.

Нестроение — разлад.

Нетопырь — летучая мышь.

Неурочье — незадача, неудача.

Ногайлар — самоназвание ногайцев.

Нурадин — титул правителя правого (западного) крыла, младшего соправителя бия (правителя), наследник бия в Ногайской орде.


Обарный мёд — хмельной напиток из воды, хмеля, мёда с использованием кипячения.

Обмах — название рыбьего хвоста в станицах яицких казаков.

Окольничий — придворный чин и должность в Русском государстве XIII — XVIII вв. Возглавлял приказы, полки.

Онучи — матерчатая обёртка на ногу.

Опашень — летняя верхняя мужская одежда; широкий долгополый кафтан.

Опричь — кроме, особо, вне.

Орта — воинское подразделение янычар от 100 до 500 человек.

Оселедец — чуб, причёска казаков, в особенности украинских (запорожских).

Оселок — точильный камень.

Ослоп — дубина.

Остье — заострённые брёвна тына, крепостной стены.


Панцирники — в польском войске конные стрелки в лёгком доспехе, набирались из бедной шляхты, иногда казаки, татары.

Пахолики — оруженосцы в польском гусарском подразделении XVI — XVII вв.

Пегий — пёстрый, пятнистый.

Перевезтись — переправиться через реку.

Переволока, волок — путь по суше между двумя судоходными реками, по которому в старину перетягивали суда.

Пернач — боевое оружие ударного действия, род булавы с набалдашником в виде перьев.

Пикинёры — вид пехоты в европейских армиях XVI— начала XVIII в., вооружённые пиками.

Пищаль — тяжёлое ружьё типа аркебузы, а также артиллерийское орудие на вооружении русской армии XV—XVII вв.

Плавная (судовая) рать — войско на кораблях.

Плинфа

— широкий и плоский обожжённый кирпич.

Полуночь — север.

Порты — холщовое исподнее, мужское платье, гачи, штаны.

Порченый — ненормальный, странный, бешеный, бесноватый, поражённый колдовством, порчей.

Поруб — темница, тюрьма, погреб.

Пятидесятник — в русском войске командир пятидесяти воинов.

Повольники — вольные люди, не подчинённые государственной власти.

Полон — плен.

Полушка — мелкая разменная русская монета.

Поминок — подарок.

Понеже — потому что.

Понитник — крестьянское домотканое полусукно: зипун, сермяга, рабочий кафтан из этой ткани.

Посад — оседлое поселение вне города либо крепости; слобода, предместье.

Посоха, посошники — тяглый люд, набираемый в царское войско в качестве пехоты, для вспомогательных и строительных работ.

Поставец — светец или деревянный подсвечник.

Преизлиху — много.

Пря — ссора.

Пся крев — польское ругательство.


Размежить — разъединить, разделить.

Рамена — плечи.

Разрядный приказ — государственное учреждение в России XVI — начала XVIII в. Ведал служилыми людьми, военным управлением, жалованьем дворян, назначением полковых и городовых воевод, пограничной службой.

Ратиться — биться, сражаться.

Рахмет, рахмат — у тюркских народов «спасибо».

Рейтшверт — рейтарский меч; гибрид меча и шпаги.

Рогатывка — польская шапочка с отворотом, разрезанная надо лбом, из меха и ткани, украшенная перьями.

Родовитый — знатный.

Рогатина — ручное оружие, род копья, широкий длинный обоюдоострый нож на древке.

Рожно — рог, вилы, копьё.

Розмыслы

— мастера, умельцы.

Романея — красное столовое вино, ввозимое из Франции в допетровскую Россию.

Рота — клятва.

Рота — воинское пехотное подразделение от 50 человек.

Ротмистр — командир пехотной роты или конной хоругви численностью от 50 до 500 человек.

Ручница, рушница — фитильная ручная пищаль. Ручница завесная — носимая на ремне, за спиной.

Рынды — оруженосцы-телохранители при великих князьях и царях Русского государства.

Рядно — толстый холст из конопли или грубой льняной ткани.


Саадак — налучник; в старину весь прибор: лук с налучником и колчан со стрелами.

Сакма — след, путь, которым прошёл воинский отряд, а также сам отряд.

Сал — (тюрк.) плот. Переправиться на салах — преодолеть реку при помощи камышового плота.

Салафуны — в исламе общее название правоверных предков, которые жили в первые 300 лет после хиджры.

Сеид — почётный титул у мусульман.

Сердар — в Османской империи титул командира полевой армии.

Сермяга — крестьянское грубое сукно, а также платье, сшитое из него.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русь изначальная

Последний подвиг Святослава. «Пусть наши дети будут как он!»
Последний подвиг Святослава. «Пусть наши дети будут как он!»

Новая книга от автора бестселлеров «Ледовое побоище» и «Куликовская битва»! Долгожданное продолжение романа «Князь Святослав»! Захватывающая повесть о легендарной жизни, трагической смерти и бессмертной славе величайшего из князей Древней Руси, о котором даже враги говорили: «Пусть наши дети будут такими, как он!»968 год. Его грозное имя уже вошло в легенду. Его непобедимые дружины донесли русские стяги до Волги, Дона и Кавказа. Уже сокрушен проклятый Хазарский каганат и покорены волжские булгары. Но Святославу мало завоеванной славы – его неукротимое сердце жаждет новых походов, подвигов и побед. Его раздражают наставления матери, княгини Ольги и утомляют склоки киевских бояр. Советники Святослава мыслят мелко и глядят недалеко. А он грезит не просто о расширении Руси до пределов расселения славянских племен – он собирается пробить путь на запад, прочно утвердившись на берегах Дуная. Захваченный этой грандиозной идеей, которая могла навсегда изменить историю Европы, поддавшись на уговоры Царьграда, готового платить золотом за помощь в войне против непокорных болгар, Святослав отправляется в свой последний поход, вернуться из которого ему было не суждено…Издано в авторской редакции.

Виктор Петрович Поротников

Проза / Историческая проза
Ярослав Мудрый
Ярослав Мудрый

Нелюбимый младший сын Владимира Святого, княжич Ярослав вынужден был идти к власти через кровь и предательства – но запомнился потомкам не грехами и преступлениями, которых не в силах избежать ни один властитель, а как ЯРОСЛАВ МУДРЫЙ.Он дал Руси долгожданный мир, единство, твердую власть и справедливые законы – знаменитую «Русскую Правду». Он разгромил хищных печенегов и укрепил южные границы, строил храмы и города, основал первые русские монастыри и поставил первого русского митрополита, открывал школы и оплачивал труд переводчиков, переписчиков и летописцев. Он превратил Русь в одно из самых просвещенных и процветающих государств эпохи и породнился с большинством королевских домов Европы. Одного он не смог дать себе и своим близким – личного счастья…Эта книга – волнующий рассказ о трудной судьбе, страстях и подвигах Ярослава Мудрого, дань светлой памяти одного из величайших русских князей.

Наталья Павловна Павлищева , Дмитрий Александрович Емец , Владимир Михайлович Духопельников , Валерий Александрович Замыслов , Алексей Юрьевич Карпов , Павло Архипович Загребельный

Биографии и Мемуары / Приключения / Исторические приключения / Историческая проза / Научная Фантастика
Княгиня Ольга
Княгиня Ольга

Легендарная княгиня Ольга. Первая женщина-правительница на Руси. Мать великого Святослава…Выбранная второй женой киевского князя, Ольга не стала безгласной домашней рабой, обреченной на «теремное сидение», а неожиданно для всех поднялась вровень с мужем. Более того — после гибели князя Игоря она не только жестоко отомстила убийцам супруга, но и удержала бразды правления огромной страной в своих руках. Кровь древлян стала первой и последней, пролитой княгиней. За все 25 лет ее владычества Русь не знала ни войн, ни внутренних смут.Но ни власть, ни богатство, ни всеобщее признание (византийский император был настолько очарован русской княгиней, что предлагал ей разделить с ним царьградский трон) не сделали Ольгу счастливой. Ее постигла общая судьба великих правительниц — всю жизнь заботясь о процветании родной земли, княгиня так и не обрела личного счастья…Эта книга — увлекательный рассказ об одной из самых драматических женских судеб в истории, дань светлой памяти самой прославленной княгине Древней Руси.

Наталья Павловна Павлищева

Проза / Историческая проза
Ушкуйники Дмитрия Донского. Спецназ Древней Руси
Ушкуйники Дмитрия Донского. Спецназ Древней Руси

В XIV веке их величали ушкуйниками (от названия боевой ладьи-ушкуя, на которых новгородская вольница совершала дальние речные походы), а сегодня окрестили бы «диверсантами» и «спецназом». Их стремительные пиратские набеги наводили ужас на Золотую Орду даже в разгар монгольского Ига. А теперь, когда Орда обессилена кровавой междоусобицей и окрепшая Русь поднимает голову, лихие отряды ушкуйников на службе московского князя становятся разведчиками и вершителями тайных замыслов будущего Дмитрия Донского. Они отличатся при осаде Булгара, взорвав пороховые погреба и предопределив падение вражеского града. Они рассчитаются за предательство с мордовским князем и заманят в ловушку боярина-изменника Вельяминова. Они станут глазами Москвы в Диком Поле, ведя дальнюю разведку и следя за войском Мамая, которое готовится к вторжению на Русь. Они встанут плечом к плечу с русскими дружинами на Куликовом поле, навсегда вписав свои имена в летописи боевой славы!

Юрий Николаевич Щербаков

Исторические приключения

Похожие книги

Крестный путь
Крестный путь

Владимир Личутин впервые в современной прозе обращается к теме русского религиозного раскола - этой национальной драме, что постигла Русь в XVII веке и сопровождает русский народ и поныне.Роман этот необычайно актуален: из далекого прошлого наши предки предупреждают нас, взывая к добру, ограждают от возможных бедствий, напоминают о славных страницах истории российской, когда «... в какой-нибудь десяток лет Русь неслыханно обросла землями и вновь стала великою».Роман «Раскол», издаваемый в 3-х книгах: «Венчание на царство», «Крестный путь» и «Вознесение», отличается остросюжетным, напряженным действием, точно передающим дух времени, колорит истории, характеры реальных исторических лиц - протопопа Аввакума, патриарха Никона.Читателя ожидает погружение в живописный мир русского быта и образов XVII века.

Дафна дю Морье , Сергей Иванович Кравченко , Хосемария Эскрива , Владимир Владимирович Личутин

Проза / Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза / Религия, религиозная литература / Современная проза
Булгаков
Булгаков

В русской литературе есть писатели, судьбой владеющие и судьбой владеемые. Михаил Булгаков – из числа вторых. Все его бытие было непрерывным, осмысленным, обреченным на поражение в жизни и на блистательную победу в литературе поединком с Судьбой. Что надо сделать с человеком, каким наградить его даром, через какие взлеты и падения, искушения, испытания и соблазны провести, как сплести жизненный сюжет, каких подарить ему друзей, врагов и удивительных женщин, чтобы он написал «Белую гвардию», «Собачье сердце», «Театральный роман», «Бег», «Кабалу святош», «Мастера и Маргариту»? Прозаик, доктор филологических наук, лауреат литературной премии Александра Солженицына, а также премий «Антибукер», «Большая книга» и др., автор жизнеописаний М. М. Пришвина, А. С. Грина и А. Н. Толстого Алексей Варламов предлагает свою версию судьбы писателя, чьи книги на протяжении многих десятилетий вызывают восхищение, возмущение, яростные споры, любовь и сомнение, но мало кого оставляют равнодушным и имеют несомненный, устойчивый успех во всем мире.В оформлении переплета использованы фрагменты картины Дмитрия Белюкина «Белая Россия. Исход» и иллюстрации Геннадия Новожилова к роману «Мастер и Маргарита».При подготовке электронного экземпляра ссылки на литературу были переведены в более привычный для ЖЗЛ и удобный для электронного варианта вид (в квадратных скобках номер книги в библиографии, точка с запятой – номер страницы в книге). Не обессудьте за возможные технические ошибки.

Алексей Варламов

Проза / Историческая проза / Повесть / Современная проза