Разрез! История хирургии в 28 операциях

После этого из тазовой кости убрали марлевые салфетки. Они оказались почти полностью сухими. Отверстие в крестце было очень близко к левой подвздошной артерии и подвздошной вене, крупным сосудам таза, снабжающим кровью левую ногу. Пуля, как ни странно, не повредила и левый мочеточник, тоже находившийся в непосредственной близости от раны. Какая удача! Врачи приступили к составлению плана операции. Они решили удалить два отрезка тонкой кишки и сделать два новых соединения в кишечнике. Небольшое отверстие в Ileum terminale, последнем отделе тонкой кишки, можно было легко закрыть. А вот повреждение толстого кишечника – гораздо более серьезная проблема.

В чем же состоит различие? Содержимое тонкой кишки является жидким. В ней пища переваривается, смешивается с пищеварительными соками желудка, печени (желчью) и поджелудочной железы, которые препятствуют размножению бактерий. Таким образом, со стулом в тонком кишечнике «обращаться» достаточно просто, и он не особенно грязный. К тому же тонкая кишка исключительно хорошо снабжается кровью и обладает мышечным слоем с прочной соединительнотканной оболочкой. Толстый кишечник, напротив, заполняет огромное множество бактерий и очень плотный по консистенции стул. Кроме того, его стенка намного тоньше и имеет гораздо меньше кровеносных сосудов. Риск того, что хирургический шов на толстой кишке окажется недостаточно прочным, значительно выше в сравнении со швом на тонкой кишке, а последствия образования в нем открытого отверстия гораздо более опасны.

Даже при нормальных условиях вероятность возникновения такого отверстия составляет около пяти процентов, то есть это случается в одном из двадцати случаев. При воспалении брюшины риск увеличивается еще больше. В случае Кароля Войтылы воспаление после операции было весьма вероятным исходом, потому что содержимое кишечника в течение сорока пяти минут стекало в брюшную полость. Чтобы снизить риск, вызванный загрязнением брюшной полости, хирурги приняли решение сформировать стому, то есть вывести участок толстого кишечника на поверхность живота. Таким образом, стул будет удаляться из организма через брюшную стенку и, следовательно, не сможет выходить из раны в кишечнике и попадать в брюшную полость.

Врачи убедились в эффективности и пользе стомы, когда хирургия оказалась в критическом положении. До XIX века ни один врач не осмеливался резать живот. Однако если живот у человека уже был поврежден ножом или мечом, хирургу выпадал шанс испытать свою удачу. Никто не мог обвинить врача, если жертва в конце концов все же умирала. Теофраст Бомбаст фон Гогенхайм, более известный под псевдонимом Парацельс, был одним из самых успешных хирургов позднего Средневековья. Он первым зафиксировал в письменном виде, что создание стомы кишечника перед тем местом, где находится «течь», – это единственный способ, дающий пациенту шанс на выздоровление. Медицинским термином для обозначения стомы является Anus praeternaturalis, буквально «искусственный анус», для краткости – AP. Существуют различные виды стомы: временная или постоянная, стома тонкого или толстого кишечника, концевая (одноствольная) или петлевая (двуствольная).

В случае Иоанна Павла II метод, создателем которого является французский хирург Анри Гартман, был бы самым безопасным решением. При операции, названной в его честь, удаляется поврежденная крайняя часть толстого кишечника (сигмы) без соединения двух концов кишечника. Нижняя культя кишки просто закрывается, а из верхнего конца формируется стома. Помимо прочего операция Гартмана – решение надежное, поскольку, если не приходится делать соединение кишечника, опасность появления «течи» исключена. При возникновении воспаления брюшины сначала лечат его, а затем, во второй операции, приступают к соединению концов кишечника. Это позволяет подождать до оптимального момента, когда пациент и его живот будут в лучшей форме. При этом зашитый толстый кишечник имеет гораздо больше шансов восстановиться, чем при остром перитоните (воспаление брюшины. – Прим. ред.). Это своеобразная уловка в операции Гартмана: просто отложить риски, связанные с наложением шва на толстую кишку, до более благоприятного момента.

Итальянские хирурги пошли по иному пути. Они зашили разрыв в толстом кишечнике, не удаляя часть кишки, и выше, примерно в полуметре от разрыва, наложили стому. Преимущество их решения состояло в том, что предстоящую операцию по перемещению стомы было бы проводить намного легче, чем после операции Гартмана. А недостаток – в том, что хирурги решились на этот риск в гораздо менее благоприятное время. Потому что теперь им пришлось накладывать шов в густонаселенной бактериями брюшной полости.