Разведка и контрразведка

Результатом всех перечисленных провалов, а также репрессий явилась катастрофа 1941 года. Следует признать, что советские криптоаналитики так и не смогли в первые годы Великой Отечественной вскрыть высокосложные шифры Германии в отличие от англичан, сумевших разобраться с принципами работы электрической шифровальной машины «Энигма», применявшейся вооруженными силами и правительственными ведомствами гитлеровцев во время Второй мировой войны, и регулярно читавших немецкую шифрпереписку.

Уже в апреле 1940 года британские криптографы, группу которых возглавлял Туринг из правительственной дешифровальной школы в Блечли-Парк, выполнили с помощью одного из самых первых компьютеров («Колоссус») первую дешифровку ключа, с помощью которого немцы кодировали свои радиосообщения на «Энигме». Эта операция под названием «Алтре» проводилась во взаимодействии с МИ-6, при этом генеральный директор МИ-6 Стюарт Мензис смог добиться того, что расшифрованные материалы вначале поступали к нему, а уж затем он докладывал о них руководству страны.

Правда, англичане не знали, что в Блечли-Парк внедрен агент НКВД Джон Кернкросс.

Вдобавок советская разведка через своего агента «Тони» (Блант) имела возможность знакомиться с материалами британской дешифровальной службы, которая за время войны перехватила и расшифровала свыше 15 тысяч немецких шифровок. В результате в январе 1943 года управление связи вермахта пришло к выводу о вскрытии «Энигмы»… советскими криптоаналитиками. Дело в том, что в распоряжении окруженных под Сталинградом немецких войск было задействовано 26 шифровальных машин «Энигма», уничтожить которые в условиях окружения не представилось возможным. Кроме того, среди десятков тысяч пленных, захваченных под Сталинградом, были связисты и шифровальщики.

По данным заместителя резидента ИНО НКГБ в Турции Константина Волкова, который в августе 1945 года пытался попросить у английского вице-консула политическое убежище и миллион в придачу, все шифрованные сообщения между Лондоном и Москвой в течение последних 2,5 лет дешифровывались в СССР.

Годы побед и поражений

Уже после войны в октябре 1948 года советская шифровальная служба получила чувствительный удар. Американские криптоаналитики смогли прочесть радиограммы НКГБ, перехваченные в течение 1944-1945 годов, из сверхсекретного досье американской контрразведки «Венона», в котором были собраны более 2 тысяч документов советского посольства и резидентур советской разведки в США. Их дешифровали криптологи под руководством Мередита Гарднера.

Так американцы узнали имена и псевдонимы 100 различных источников секретной информации советских спецслужб, получили сведения о деятельности ряда членов знаменитой «кембриджской пятерки». Это послужило толчком к созданию в США Агентства национальной безопасности (АНБ), которому был поручен «перехват и чтение шифрованной переписки всех государств». Директиву о создании на базе разведывательной службы войск связи АНБ президент США Гарри Трумэн подписал 20 мая 1952 г.

В этот период научный и конструкторский потенциал советской службы криптографии и радиоразведки весьма активно подпитывался за счет информации, добытой агентурным путем. В феврале 1953 года, например, в Восточном Берлине резидентурой МГБ СССР был завербован писарь-регистратор секретной части разведывательного отдела Берлинского командования армии США сержант Роберт Ли Джонсон, который позднее, в свою очередь, привлек к сотрудничеству своего друга курьера вооруженных сил в аэропорту Орли сержанта Джеймса Мннткенбау. Последний длительное время передавал резидентуре советской разведки во Франции высокосекретные документы НАТО и командования вооруженных сил США в Европе.

Министерство обороны США в августе I960 года вынуждено было официально признать, что два сотрудника американской радиоэлектронной разведки АНБ дешифровалыцики Вернон Фергюсон Митчелл и Уильям Гамильтон Мартин по неизвестной причине не вернулись на работу из отпуска. Позднее выяснилось, что они пошли инициативно на контакт с КГБ в 1959 году во время отдыха в Мексике. Оба сотрудника АНБ вскоре через Кубу перебрались в СССР, где попросили политического убежища и дали пресс-конференции с разоблачением деятельности АНБ по планомерному дешифрованию корреспонденции стран – союзников США. После этого Митчеллу и Мартину предоставили советское гражданство. Мартин сменил фамилию на Соколовский и женился, а Митчелл, разочаровавшись в советской действительности, пытался запрашивать госдепартамент США о возможности своего возвращения на родину, но получил отказ.