Разведка и контрразведка

Мы часто являлись свидетелями того, как в период, когда СССР предпринимались усилия по осуществлению реформ, и внешнеполитические ведомства пытались уйти от соперничества, стремились к установлению выгодных контактов с конкретными странами, эти усилия срывались в результате фиксирования многими странами и, в частности, США, (грубой топорной, провокационной) разведывательной активности и продолжением нарушения гражданских прав в СССР соответствующими спецслужбами, что и тормозило или сводило на нет многие внешнеполитические инициативы в конце 80-х годов (переговоры по обороне и космосу, по сокращению обычных сил в Европе, по сокращению химического вооружения и по протоколам о проверке ядерных испытаний). Логика подсказывает, если потепление в отношениях между Западом и Востоком объективно, шпионаж как таковой должен быть сведен к минимуму. КГБ же, наоборот, как правило, расширял свою деятельность за границей умело, а чаще неумело используя дымовую завесу разрядки для наращивания шпионажа в западных странах, особенно в области промышленного шпионажа, чем неизбежно содействовали нагнетанию атмосферы недоверия именно в периоды, когда создавались предпосылки для создания добрых межгосударственных отношений.

По оценке ФБР, только в 1986 году офицеры КГБ, находящиеся в США, пытались:

– спровоцировать общественные выступления в США и других странах против программы СОИ;

– внести раскол между США и НАТО в вопросе реализации программы СОИ;

– добывать материалы американских научных исследований в области СОИ.

***

В сентябре 1982 года администрация США провела закрытую конференцию представителей ЦРУ, ЮСИА, «Голоса Америки», Радио «Свобода» и «Свободная Европа», на которой были утверждены меры по дальнейшему усилению идеологического давления на коммунистические страны. При этом была поставлена цель «вынудить страны коммунистической орбиты пойти под влиянием настроений народа и экономической необходимости на уступки, которые могли бы стать зародышем демократических реформ и революций». Так была подхвачена и получила практическое воплощение идея Збигнева Бжезинского о постепенности дестабилизации положения в государствах Восточной Европы и, в частности, в Польше как в «самом слабом звене среди коммунистических стран».

Впрочем, еще в январе 1948 года конгресс США принял закон № 402, предписывающий американским СМИ, работающим на заграницу, «оказывать планомерное и систематическое воздействие на общественное мнение других народов». 15 апреля 1950 г. президент США Трумэн одобрил выработанную Советом национальной безопасности секретную директиву № 68, в которой Советский Союз был объявлен «врагом номер один» и ставилась задача «обеспечить коренное изменение природы советской системы, посеять внутри этой системы семена ее разрушения, поощрять и поддерживать беспорядки и мятежи в избранных, стратегически важно расположенных странах – соседях СССР.

Причем американцы опирались на опыт британских союзников. В конце октября 1939 года английскому правительству был представлен «Меморандум № 5736/G» подготовленный английской военной разведкой. Фактически это была долговременная программа действий, направленная на дестабилизацию положения в ряде советских республик Средней Азии и Закавказья, рекомендовавшая, в частности, проведение комплекса операций «с использованием религиозных, антирусских и националистических чувств и той ожесточенной ненависти, которую должен вызывать к себе нынешний режим во многих слоях населения».

План «Льотэй»

В истории «Сикрет интеллидженс сервис» (МИ-6) одним из наивысших достижений считается долгосрочная операция «Льотэй», проводившаяся с конца 1940-х и вплоть до начала 1990-х годов и направленная на разложение единства коммунистического лагеря. При этом был использован богатейший английский опыт стравливания оппозиционных британской короне движений.

Считается, что авторство замысла операции принадлежит заместителю директора МИ-6 полковнику Валентайну Вивьену. В качестве шефа внешней контрразведки он был осведомлен о существе всех операций МИ-6 на территории СССР, о специфике зарубежной активности советской разведки, а также о результатах разработки британскими спецслужбами крупнейших коммунистических партий в Европе. Естественно, Валентайн Вивьен знал и все подробности разногласий, возникших в этот период между Москвой и Белградом. Анализ этих материалов подтолкнул его к мысли о разработке комплексного плана борьбы с «советской угрозой» и использования ради этого всех имеющихся сил и средств на государственном уровне. Руководствуясь существовавшей в недрах МИ-6 практикой, Вивьен передал проект всем старшим офицерам для того, чтобы узнать их мнение. После того как все комментарии и замечания были проанализированы, на свет появился документ, который позднее стал руководством для подразделений британской разведки, вовлеченных в операции против стран «русской орбиты».