Реорганизованная преступность. Мафия и антимафия в постсоветской Грузии

В случае с кутаисской группой для выявления тех, кто занимался рэкетом игорных заведений и неофициальным взысканием долгов, использовалась прослушка. Часть прослушивающих устройств была размещена на телефонах криминальных авторитетов, которые в то время находились в тюрьме Гегути под Кутаиси. Основные решения, судя по всему, исходили из тюрьмы и поступали к находящимся вне ее исполнителям после договоренностей между заключенными криминальными «авторитетами». Судебные протоколы показывают, что различные лица выполняли различные обязанности, включая взыскание долгов, разрешение споров финансового и морального характера и защиту определенных деловых интересов от других вымогателей. Основная тема договоренностей была сосредоточена на взыскании долгов, а также на том, как эти деньги можно изъять и кому они должны быть выплачены. Велись разговоры о том, чтобы открыть больше предприятий в других городах, и о том, с какими местными криминальными авторитетами следует связаться. Понятно, что часть денег, полученных через взыскание долгов, шла в коммунальный воровской фонд, или общак: в одном случае было решено передать в него 6 тыс. долларов [Кутаисский городской суд 2008].

Одним из главных членов преступного сообщества, действовавшего в Кутаиси, был Д., родственник двух видных воров в законе, которые в то время проживали в Москве. В спорах, касавшихся денег, взимаемых за защиту, и конфликтов, возникавших в связи с пополнением общака, часто звучали имена этих двух воров в законе, что наводило на мысль о том, что они также вовлечены в деятельность группы, действующей в Кутаиси, хотя и находятся на большом расстоянии от нее. Согласно приговору суда [Кутаисский городской суд 2008], «Д. активно участвовал в изъятии сумм, проигранных различными лицами в процессе азартных игр. Для этого он использовал авторитет своего сводного брата… и своего шурина [оба воры в законе]». Д., конечно, мог просто воспользоваться репутацией своих родственников, чтобы достичь своих целей без реального участия последних.

В другом случае должнику сообщили, что по решению другого живущего в России известного вора в законе по кличке Боксер он должен заплатить 3,1 тыс. грузинских лари (около 1,5 тыс. долларов). Трудно сказать, упоминаются ли эти имена для усиления угрозы, или эти знаменитые воры в законе действительно были вовлечены в рэкет и могли на него повлиять. Скорее всего, имя и репутация использовались для более эффектного предъявления требований, хотя не следует исключать, что часть денег могла быть действительно предназначена московским ворам в законе [R29].

Деятельность этой преступной группы была пресечена в ноябре 2007 года. После длительного наблюдения полиция приняла решительные меры, и восемнадцать человек были обвинены в принадлежности к воровскому миру и в том, что они «занимались рэкетом и терроризировали местных предпринимателей» [Лента 2007].

Итак, мы видели примеры деятельности воров в законе в легальной экономике. Эти примеры выявили случаи вымогательства, защиты от физических угроз, обеспечения назначения наказания и его принудительного исполнения, регулирования рыночной конкуренции, контроля за поставками определенных товаров, разрешения хозяйственных споров, взыскания долгов. Теперь обратимся к связи воров в законе с незаконной деятельностью.

Воры в законе и регулирование незаконной деятельности

В данном разделе рассматриваются примеры деятельности, в которой не было попытки рэкета законного юридического лица, однако вместо этого воры в законе получали прибыль от предложения арбитража и нелегального правосудия после совершения правонарушений преступными группами. Часто эти группы контролировались ворами в законе. В двух приведенных мною примерах – похищение людей и угон автомобиля – преступная группа делала мишенью своей преступной деятельности отдельных людей или похищала личное имущество, а воры в законе предлагали услуги по разрешению споров и защите после совершения преступления.

Здесь я различаю монополизацию защиты в законных отраслях деятельности и монополизацию различных незаконных видов деятельности, такие как угон автомобилей, вооруженное ограбление, кража со взломом, торговля наркотиками, проституция, похищение людей, а также контроль за ними. Это различие, конечно, в действительности может быть довольно размытым. Такая деятельность, как похищение человека, может являться формой наказания или навязывания своей воли в ходе рэкета законной фирмы. Однако похищение также может являться независимой деятельностью, которая используется на разовой основе для получения денег путем вымогательства. Эта деятельность может быть монополизирована и использована в преступных намерениях без какой-либо дальнейшей цели. Похищениями могут заниматься не только организованные преступные группировки, о чем я расскажу далее.

Похищение вообще и похищение невесты в частности