Читаем Репортажи из-под-валов. Альтернативная история неофициальной культуры в 1970-х и 1980-х годах в СССР глазами иностранных журналистов, дополненная инт полностью

Газета International Herald Tribune от 20 ноября сообщает в небольшой заметке[47], что пять «художников-модернистов» получили разрешение принять участие в осенней выставке Городского комитета профсоюзов художников-графиков вместе с традиционными живописцами и графиками. К сожалению, никаких имен в заметке не указано.

На эту же тему газета Süddeutsche Zeitung от 20 ноября опубликовала заметку под названием «Попытка расколоть диссидентов?». Речь в ней идет о том, что на ежегодной выставке Московского комитета художников-графиков, открывшейся за день до этого в Доме художника, оказались представлены Оскар Рабин, Владимир Немухин и Лидия Мастеркова, которые 15 сентября приняли участие в разогнанной выставке под открытым небом в Беляево, а также Владислав Ждан и Отари Кандауров, в конце сентября выставившиеся вместе с вышеупомянутыми авторами в разрешенной воскресной выставке в Измайловском парке, и Дмитрий Плавинский, ошибочно указанный как участник выставки в Измайлово. Как видим, здесь уже указаны шесть художников.

Корреспондент Р. Химелли отметил, что Московский комитет художников-графиков (так называемый Горком) не является частью официального Союза художников, сделавшего соответствие качества работ канонам социалистического реализма и идеологического содержания условием для членства, а является профсоюзом. Кандауров, к примеру, выставлялся в профсоюзном Доме художников в предыдущие годы, но Рабина и Немухина, хотя они и члены Горкома, никогда не приглашали к участию в выставках.

По слухам, отбор некоторых известных нонконформистов для выставки вызвал споры среди других независимых художников, часть которых расценили это как попытку расколоть свое движение. Якобы Рабину, Немухину и другим советовали воздержаться от выставки в Доме художника в знак солидарности. Так или иначе, но художники советы проигнорировали.

Газета Times от 20 ноября с помощью своего корреспондента Эдмунда Стивенса приводит гораздо больше подробностей об этой выставке в статье «Хорошее и плохое на московской художественной сцене». Выставка, организованная Горкомом профсоюзов художников-графиков, открылась 19 ноября в ЦДРИ при большом стечении любителей искусства и западных корреспондентов, и это, как мы понимаем, новость хорошая. В экспозиции, пишет Стивенс, есть работы четырех «неофициальных» художников: Оскара Рабина, Владимира Немухина, Дмитрия Плавинского[48] и Лидии Мастерковой. Из них трое вступили в Горком несколько лет назад, а Мастеркову срочно приняли за три дня до выставки, чтобы она смогла принять в ней участие. Выставка продлится несколько дней, после чего «неофициалов» должны принять в Союз художников для того, чтобы они стали «официальными». Хотя указанные художники и рады этому событию, они усматривают в этом приглашении некий макиавеллиевский маневр с целью расколоть их группу. Другие же видят в этом свидетельство проницательности и позитивного отношения к неофициальному искусству нового министра культуры Демичева, которого характеризуют как человека цельного и понимающего. Демичев сменил на этом посту внезапно скончавшуюся 24 октября от сердечного приступа Екатерину Фурцеву.

Плохая новость, по Стивенсу, заключалась в ужасном приеме в Москве канадского джазового пианиста Оскара Питерсона, прилетевшего 18 сентября из Таллина после концертов в Эстонии и Ленинграде. Организатор турне Госконцерт даже не прислал в аэропорт машину для встречи музыканта, и машину вынуждено было прислать посольство. Затем они долго искали гостиницу, забронированную для Питерсона, — оказалось, что это «Урал», где обычно живут продавцы цветов и фруктов на соседнем рынке. Убедить Госконцерт поменять гостиницу не удалось, более того, Питерсону с ассистентами странным образом до 23 часов не удалось нигде поужинать. Наконец, утром выяснилось, что рояли в театре, где должен был выступать артист, оказались расстроенными или просто неподходящими для выступления. После этой «соломинки» никакие убеждения посла Канады в СССР Р. Форда не могли удержать Питерсона от отъезда домой без выполнения контракта.

В другом выпуске International Herald Tribune от 22 ноября со слов поэта Александра Глезера сообщается, что группа неофициальных московских художников получила разрешение устроить выставку в неуказанном закрытом помещении. Городские власти разрешили 24 художникам показать по четыре работы каждому при условии предварительного показа их комиссии чиновников, чтобы те убедились в отсутствии работ антисоветского или порнографического характера.

Перейти на страницу:

Все книги серии Критика и эссеистика

Моя жизнь
Моя жизнь

Марсель Райх-Раницкий (р. 1920) — один из наиболее влиятельных литературных критиков Германии, обозреватель крупнейших газет, ведущий популярных литературных передач на телевидении, автор РјРЅРѕРіРёС… статей и книг о немецкой литературе. Р' воспоминаниях автор, еврей по национальности, рассказывает о своем детстве сначала в Польше, а затем в Германии, о депортации, о Варшавском гетто, где погибли его родители, а ему чудом удалось выжить, об эмиграции из социалистической Польши в Западную Германию и своей карьере литературного критика. Он размышляет о жизни, о еврейском вопросе и немецкой вине, о литературе и театре, о людях, с которыми пришлось общаться. Читатель найдет здесь любопытные штрихи к портретам РјРЅРѕРіРёС… известных немецких писателей (Р".Белль, Р".Грасс, Р

Марсель Райх-Раницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Гнезда русской культуры (кружок и семья)
Гнезда русской культуры (кружок и семья)

Развитие литературы и культуры обычно рассматривается как деятельность отдельных ее представителей – нередко в русле определенного направления, школы, течения, стиля и т. д. Если же заходит речь о «личных» связях, то подразумеваются преимущественно взаимовлияние и преемственность или же, напротив, борьба и полемика. Но существуют и другие, более сложные формы общности. Для России в первой половине XIX века это прежде всего кружок и семья. В рамках этих объединений также важен фактор влияния или полемики, равно как и принадлежность к направлению. Однако не меньшее значение имеют факторы ежедневного личного общения, дружеских и родственных связей, порою интимных, любовных отношений. В книге представлены кружок Н. Станкевича, из которого вышли такие замечательные деятели как В. Белинский, М. Бакунин, В. Красов, И. Клюшников, Т. Грановский, а также такое оригинальное явление как семья Аксаковых, породившая самобытного писателя С.Т. Аксакова, ярких поэтов, критиков и публицистов К. и И. Аксаковых. С ней были связаны многие деятели русской культуры.

Юрий Владимирович Манн

Критика / Документальное
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)

В книгу историка русской литературы и политической жизни XX века Бориса Фрезинского вошли работы последних двадцати лет, посвященные жизни и творчеству Ильи Эренбурга (1891–1967) — поэта, прозаика, публициста, мемуариста и общественного деятеля.В первой части речь идет о книгах Эренбурга, об их пути от замысла до издания. Вторую часть «Лица» открывает работа о взаимоотношениях поэта и писателя Ильи Эренбурга с его погибшим в Гражданскую войну кузеном художником Ильей Эренбургом, об их пересечениях и спорах в России и во Франции. Герои других работ этой части — знаменитые русские литераторы: поэты (от В. Брюсова до Б. Слуцкого), прозаик Е. Замятин, ученый-славист Р. Якобсон, критик и диссидент А. Синявский — с ними Илью Эренбурга связывало дружеское общение в разные времена. Третья часть — о жизни Эренбурга в странах любимой им Европы, о его путешествиях и дружбе с европейскими писателями, поэтами, художниками…Все сюжеты книги рассматриваются в контексте политической и литературной жизни России и мира 1910–1960-х годов, основаны на многолетних разысканиях в государственных и частных архивах и вводят в научный оборот большой свод новых документов.

Борис Яковлевич Фрезинский , Борис Фрезинский

Биографии и Мемуары / История / Литературоведение / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги