Республика ШКИД

– А Янкель пришел? – спросил он.

– Нет еще, – ответил Японец, перелистывая «Пошехонскую старину».

Парту Пантелеева обступили Воробей, Горбушка и Кальмот.

– Ну, хряйте, хряйте, – прогнал их Ленька, – нечего глазеть. Тут профессиональная тайна.

Любопытные отошли. Ленька засунул вещи в ящик парты, отложив отдельно принесенные продукты: хлеб, сахар, кусок пирога и осьмушку махорки.

В это время в класс ворвался раскрасневшийся и вспотевший Янкель. В руках он нес огромный, перевязанный бечевкой пакет. Улигания встретила его еще более громким «ура».

Янкель бросился на свою парту и, отдуваясь, протянул:

– Фу ты, я-то думал – у нас Гусь Лапчатый, а тут…

Асси, на минуту притихший, бубнил, спрятав голову в плечи:

– Карамзин – выразитель эпохи… Разбирая его произведения в хронологическом порядке, мы…

Затрещал звонок. Асси, не докончив фразы, поднялся и выкатился из классной.

– Компания, сюда! – закричал Японец.

Четверка собралась у пантелеевской парты. Янкель притащил свой пакет и, развернув его, выложил десятка два разных книг, уйму вставочек, статуэток, палитру красок и комплект «Нивы» за 1909 год. Притащил свои вещи к пантелеевской парте и Японец. Дал он сто двадцать листов писчей бумаги, которую копил в течение целого года, и дюжину фаберовских карандашей.

Джапаридзе снял и отдал обмотки. Носить обмотки в Шкиде считалось верхом изящества и франтовства; взнос Джапаридзе поэтому был очень ценен.

Когда все вещи были собраны, Янкель предложил:

– Приступим к технической части. Надо составить каталог.

Стали составлять список вещей. Первым номером записали коньки:

1. Первосортные беговые коньки «Джексон».

Вторым записали обмотки Дзе:

2. Прекрасные суконные обмотки последнего лондонского образца.

Третьим прошел трехсантиметровый бюст Толстого «почти в натуральную величину»…

Дальше оценка вещей стала затруднительна.

Вынули будильник. Будильник оказался лишь пустой жестяной коробкой с циферблатом, но без механизма.

– Идея, – сказал Японец. – Пиши: «Изящные часы-будильник «Ohne Mechanismus».

– Это что значит? – спросил Дзе. – Уж больно звучно.

– Это значит, что часы без механизма… А ребята не поймут – подумают, что фирма «Оне Механизмус».

Потом записали «Полный комплект журнала «Нива» за 1909 год в роскошном коленкоровом переплете», ломаный десертный ножик под громким названием «дамасский кинжал вороненой стали», зажигалку и «Пошехонскую старину».

Затем стали записывать мелочь – статуэтки, карандаши, вставочки. Под конец пустили бумагу:

51. Прекрасная веленевая бумага 5 л.

52 ……………………………

53 ……………………………

Всего набралось 70 номеров.

– Почем же будем продавать билеты? – спросил Пантелеев.

– Я думаю, две порции песку, или полфунта хлеба, или пять копеек золотом, – сказал Японец.

Янкель подсчитал в уме и заявил:

– Невыгодно… Три рубля пятьдесят копеек золотом всего получается. Не окупит дела. Одни коньки два рубля стоят.

– Пустых ведь не будем делать, – сказал Дзе.

– Нет, пустых не надо.

Решили устроить маленькую перетасовку. Вместо пяти листов бумаги написали два листа. Получилось сто тридцать номеров.

Составив каталог, начали изготовлять билеты. Янкель сделал образец:

БИЛЕТ

№1

на право участия в розыгрыше

ЛОТЕРЕИ-АЛЛЕГРИ

Казначей

При помощи Пантелеева и Дзе Янкель отпечатал их сто тридцать штук.

– А кто у нас будет казначеем? – спросил Пантелеев. – Я думаю – Янкель…

– К черту! – заявил Японец. – Лучше Дзе.

Согласились на Дзе. Новоиспеченный казначей принялся подписывать билеты. До вечера работали – описали билеты, наклеивали номерки к вещам и, отгородив кафедрой угол класса, расставляли вещи по полкам пустующего книжного шкафа.

А утром во вторник улигане, явившись после чая в класс, узрели на остове кафедры огромный плакат:

ВНИМАНИЕ!!!

КАЖДЫЙ СОЗНАТЕЛЬНЫЙ

ШКИДЕЦ

МОЖЕТ ВЫИГРАТЬ:

КОНЬКИ «ДЖЕКСОН»,

СУКОННЫЕ ОБМОТКИ,

БУДИЛЬНИК «OHNE MECHANISMUS»

и

массу других полезных и дорогих вещей, если он

приобретет БИЛЕТ на право участия в

ЛОТЕРЕЕ-АЛЛЕГРИ

Билет стоит:

2 песка

1/2 ф. хлеба

5 коп. золотом

Билеты продаются у казначея Тиражной комиссии Г. ДЖАПАРИДЗЕ

ТАМ ЖЕ ПОЛНЫЙ СПИСОК ВЕЩЕЙ

Тиражная Комиссия Еонин, Пантелеев, Джапаридзе и Черных

У плаката собралась огромная толпа. Весть о лотерее облетела всю республику. Сашкецу, пришедшему в четвертое отделение читать лекцию, с трудом удалось разогнать орду кипчаков, волынян и бужан.

На уроках царило возбуждение, и даже Викниксору, читавшему улиганам древнюю историю, трудно было подчинить дисциплине возбужденную массу. После звонка, Викниксор полюбопытствовал, чем взбудоражен класс. Кто-то молча указал на кафедру, кричащую плакатом.

Викниксор, читая плакат, улыбался, прочитав, нахмурился.

– Надо было у меня разрешение взять, а потом уже объявление вешать, – сказал он.

Выскочил Янкель.

– Извините, Виктор Николаич… Не подумали…

– Ну ладно, – добродушно улыбнулся завшколой, – бог с вами… Развлекитесь.

Потом, подумав, вынул из кармана портмоне и сказал:

– Дайте-ка мне на счастье парочку билетов.

Класс дружно загромыхал аплодисментами. Джапаридзе вручил Викниксору два первых билета.