Ричард Львиное Сердце. Король-рыцарь

Отныне объяснения между двумя королями стали неизбежными. Филипп сразу отметил недовольное выражение лица Ричарда и спросил, в чем причина. Тогда Ричард протянул ему письма. Почувствовав себя неуютно, Филипп сначала не знал, что ответить, а затем выбрал тактику защиты, вызвавшую новую вспышку конфликта. Он заявил, что Ричард сам состряпал эти фальшивки:

«„Все это сфабриковано. Теперь я точно это знаю: он хочет придумать повод для ссоры со мной. Рассчитывал ли он подобной ложью оттолкнуть мою сестру, которую назвал женой?" Король Англии на это ему ответил: „Я не отказываюсь от твоей сестры; но жениться на ней я не могу, потому что она спала с моим отцом и родила от него сына”»^49[329].

Это тяжкое публичное обвинение похоже на правду. Слухи об этом ходили давно, и Ричарду не составило труда найти свидетелей, которые бы это подтвердили. Филипп Август был еще больше задет этим заявлением и согласился освободить Ричарда от данной им клятвы, теперь с него снималось обязательство жениться на Аэлис, и он мог, таким образом, сыграть свадьбу с Беренгарией. Любопытно, что благодаря этому ложному ходу Ричард нашел решение прежде неразрешимой проблемы.

Соглашение между двумя королями было заключено некоторое время спустя, в марте. После уплаты десяти тысяч марок Ричард был официально освобожден от обязательства в отношении Аэлис и мог жениться на ком угодно. Филипп мог забрать сестру после крестового похода. Данный договор менее ясен в пункте, касающемся приданого, то есть Вексена и Жизора. По одним сведениям, они должны были быть переданы Филиппу, по другим — остаться у Ричарда^50[330]. Герцогство Бретань теперь находилось в компетенции герцога Нормандии, который является вассалом короля Франции. После этого договора, скрепленного клятвой и печатью, короли опять стали друзьями^51[331].

На самом деле не все так просто. Если верить Ригору, который даже не намекает на дело с письмами, ни на договор, который последовал за этим, Филипп Август потребовал от Ричарда отправиться на Святую землю в середине марта. Ричард ответил, что сможет это сделать не раньше августа. Тогда Филипп предложил ему пари: если они пересекут море вместе, Ричард сможет жениться в Акре на Беренгарии, которую ему привезла Алиенора. В противном случае он должен будет жениться на Аэлис. Ричард не захотел делать ни того, ни другого, но многие бароны, такие как Гийом де Шатоден и Жоффруа де Ранкон, поклялись, что поедут с Филиппом, что привело в ярость Ричарда. «Здесь рождается зависть и разногласие между двумя королями», — добавляет Ригор^52[332]. Не вызывает сомнений, что Филипп затаил обиду на Ричарда, сумевшего так ловко использовать ложный дипломатический шаг. Он отправился в путь со своими людьми 30 марта, за несколько часов до прибытия Алиеноры и Беренгарии, которых, очевидно, он не захотел видеть. Ему хватило двадцати дней пути, чтобы достичь Акры 20 апреля.

Как только паруса Филиппа исчезли за горизонтом, Алиенора и Беренгария въехали в Мессину. Старая королева не побоялась предпринять столь долгое путешествие, чтобы доставить сыну невесту, и этот факт наводит историков на мысль, что эта свадьба была задумана,организована, если не сказать навязана, Ричарду^53[333]. Выносливость королевы не иссякла после такой поездки. В Мессине она пробыла всего лишь четыре дня и второго апреля отправилась в Англию через Рим, где она передала Папе послание от Ричарда с просьбой подтвердить титул архиепископа Йоркского для своего незаконнорожденного брата Жоффруа. Однако к моменту ее прибытия Климент III уже скончался, его место занял Целестин III, посвященный в этот сан 14 апреля.

К этому времени Ричард тоже покинул Мессину, предварительно разобрав деревянный замок «Усмири грифонов». Его внушительный флот, еще более усиленный, покинул порт 10 апреля. Он не успел жениться на Беренгарии, так как шел Великий пост и свадьбу пришлось перенести на более позднее время. Но все же он с радостью встретил свою будущую жену, а Гийом де Нефбург отмечает, что королева Алиенора поступила мудро, привезя ему эту девушку, это было лучшим способом избавить Ричарда от обычной сексуальной распущенности: