Ричард Львиное Сердце. Король-рыцарь

Для того чтобы избежать бесчестия от поражения всей армии, Ричард отказался вести к стенам Иерусалима армию крестоносцев. В конце концов, он организовал экспедицию в Египет, которая для обозревателей нашей эпохи представляла такой же риск. И снова дело было вынесено на рассмотрение совета баронов, состоящего из двадцати человек, среди которых были пять тамплиеров, пять госпитальеров, пять заморских баронов и пять французов. К большому разочарованию большинства крестоносцев, совет решился на наземную экспедицию в Египет при поддержке флота. Мнение местных баронов было преобладающим, что подтвердило в их глазах стратегическую ценность выбора Ричарда. Этот выбор, однако, возмутил многих «базовых крестоносцев», и французский клан еще раз отделился. Гуго Бургундский воспользовался этим, чтобы навлечь на Ричарда позорные слухи и молву, обвиняющую его в трусости. Для Ричарда это было уже слишком, и он заявил, что готов взять в осаду Иерусалим, но отказывается нести ответственность за такую экспедицию, проводимую против его воли. Во всей армии крестоносцев произошел окончательный раскол, и в таких условиях пришлось отказаться от идеи брать Иерусалим. 4 июля армия отступила. Иерусалим не был взят. Это стало двойным поражением, в первую очередь для крестоносцев, во вторую — для Ричарда, который достиг пика славы. Более того, он спрашивал себя, не потерял ли он на всех фронтах? Согласившись остаться на Святой земле до Пасхи, он поставил под угрозу будущее своей империи на Западе, дал свободное поле действий брату Жану и не получил при этом ожидаемого успеха на Востоке.

Чтобы остаться непобежденным, нужно было начать переговоры с Саладином. Первые контакты представлялись многообещающими, так как Саладин тоже был заинтересован в уходе этого достойного соперника. Он предложил Ричарду признать за христианами полное владение прибрежными территориями, в том числе Аскалоном (при условии, что укрепления будут разрушены); он гарантировал свободный доступ к святым местам невооруженным пилигримам. Согласие закончилось на вопросе об Аскалоне, так как Ричард отказался демонтировать защитные сооружения. В конце концов, он сам уничтожил укрепления Дарона, в которых он не нуждался с тех пор, как экспедиция в Египет была отменена. Вернувшись 26 июля в Акру, он собирался взять в осаду Бейрут, когда 28-го числа ему пришло сообщение, что накануне Саладин атаковал Яффу. Жители вынуждены были покинуть город, который тут же разграбили, и спрятаться в цитадели. Они заключили с Саладином перемирие с «почетной капитуляцией»: если им не придут на помощь до первого августа, то они покидают город. Ричард сразу же отправился в путь по морю в сопровождении генуэзцев и пизанцев, в то время как другая армия под командованием Гуго Бургундского попыталась добраться до Яффы по суше. Здесь ее остановила армия сарацинов, перегородившая им дорогу. Ричарда также задержал встречный ветер, и он прибыл в Яффу лишь ночью 31 июля, не зная, где остановиться. Берег был занят мусульманскими солдатами, и Ричард опасался попасться в ловушку. Он отдал приказ оставаться на месте, к большому разочарованию осажденных, многие из которых начали сдаваться. Один из них, священник, бросился в воду и пришел умолять Ричарда вмешаться, пока весь гарнизон не захвачен в плен и не казнен; резня, возможно, уже началась. Ричард больше не колебался. Его корабли приблизились к берегу, он сам прыгнул на землю, увлекая своих людей за собой. Под ливнем стрел противников они построили мост через реку, в то время как Ричард с маленькой группкой людей пробрался в город, разграбляемый сарацинами. Наступило полное замешательство, сарацины разбежались, многие из них были убиты. Ричард вернул свою репутацию; Амбруаз, по меньшей мере, это подтверждает: он здесь вытеснил Роланда, Оливье и эпических героев; так как никто даже в Ронсевальском ущелье никогда не вел себя так, как он, — как среди христиан, так и среди «язычников»^35[420].