Римские императоры. Биографический справочник

Максимин приступил к укреплению оборонительных пограничных сооружений: он не оставлял намерения продолжать и дальше успешную кампанию на Рейне. Для этого в первую очередь следовало устранить угрозу нападения данувийских племен. Проведя зиму 235—236 гг. в Сирмии, на пересечении важных дорог, и устроив там свой главный военный штаб, Максимин выступил против враждебных племен и впоследствии присовокупил к своему имени почетные титулы «Сарматский» и «Дакский». Достоверно известно о его военных успехах в Германии, поэтому нет причин сомневаться и в этих триумфах. Штаб-квартира Максимина оставалась в Сирмии вплоть до 238 г., когда пришло сообщение о восстании престарелого Гордиана Африканского, правителя провинции Африка, и его сына, тоже Гордиана. Хотя сенат и большая часть Империи поддерживали восставших, всего через двадцать два дня после начала мятежа их разбил сохранивший верность Максимину наместник Нумидии Капелиан, который в бою убил младшего Гордиана, после чего старший Гордиан покончил с собой. Сенат же немедленно объявил о выборе двух новых императоров: Бальбина и Пупиена, они должны были продолжить борьбу против Максимина.

Узнав о восстании Гордианов, Максимин решил двинуть войска на Италию. Однако, придя в Эмону, он нашел обезлюдевший город с опустошенными и разрушенными складами, что вызвало разочарование и ропот среди солдат. Более того, в Аквилее его встретило упорное сопротивление, и даже после возведения понтонного моста через полноводную реку Соитий он не смог взять город из-за сильной бури, повлекшей серьезные потери, что вкупе с недостатком продовольствия, жесткостью императора и недовольством офицеров привело к общему падению дисциплины и морального духа в войсках. Как следствие, 10 мая солдаты легиона, имевшие на то особые причины (их семьи находились в руках противника в Альбане), напали на Максимина и его сына во время полуденной сиесты и убили обоих. Их головы отправили в Рим в сопровождении кавалерийского эскорта.

Изображения Максимина в скульптуре и на монетах подтверждают слова Геродиана о пугающем виде императора. Историк писал:

«Он был огромен; непросто отыскать равного ему среди известных греческих атлетов или лучших натренированных воинов варварских племен... При его вспыльчивости такая сила наводила на всех страх. Терпеливое и сдержанное управление Максимин заменил по-варварски жесткой автократией, хорошо зная о враждебном к себе отношении, причиной которому было то, что он стал первым императором, поднявшимся до высочайшего положения из самых низов. Максимин был варваром как по происхождению, так и по характеру, унаследовав от своих сородичей грубый и жестокий крав... Его достижения обеспечили бы ему более высокую репутацию, не будь он слишком безжалостен даже к своим союзникам и подчиненным».

Этим критическим замечаниям вторит Historia Augusta, отражавшая позицию сената, члены которого ненавидели Максимина. И он отвечал им тем же — необразованный человек, который едва говорил на латыни и не испытывал симпатий к высшему и среднему классам римского общества. За три года своего царствования он ни разу не появился в столице. Более того, в его правление наиболее состоятельная часть населения, затравленная сворой сборщиков налогов, агентов и военных шпионов, вынуждена была более, чем когда-либо, платить за укрепление обороны государства. Для зажатых в жесткие рамки представителей высших кругов имя Максимина стало олицетворением величайшей жадности.

Тем не менее его жесткость была обусловлена характером ситуации. Империя подвергалась огромному давлению извне. Чтобы избежать полного разрушения, требовались новые и твердые подходы — нужен был император нового типа, который подчинил бы все военным нуждам и смог осуществить необходимые радикальные меры. По той же причине Макси-мин отверг терпимое отношение предыдущего императора к христианам, ибо любое влияние, которое могло повредить патриотическим устремлениям, было недопустимо.

Несмотря на провал похода 238 г., Максимин I проявил себя очень толковым полководцем. Он заслуженно стал первым в длинной череде данувийских императоров (из числа опиравшихся на силу воинов римского государства), спасавших в последующие полвека Рим от хаоса, хотя цена за это оказалась разорительной.

ГОРДИАН I

238 г.