Римские императоры. Биографический справочник

Диоклетиан предпринял дальнейшие усилия для облегчения участи налогоплательщиков. В предшествующие десятилетия они были сильно измучены непредсказуемостью поборов имперского казначейства. Теперь весь процесс сбора налогов был коренным образом упорядочен: четыре префекта претория каждый год издавали новый, пересмотренный список податей. Как и прежде, основой налоговой системы служило сельское хозяйство. Но новая, специально разработанная система налогообложения впервые стала учитывать размер урожая и плодородие почвы. Однако эта система, хотя и создававшаяся с благими намерениями, содержала элемент угнетения, поскольку укрепляла уже имевшуюся тенденцию принуждать людей работать все время на одном месте, где их регистрировали, причем от поколения к поколению эта несвобода все усиливалась. Арендаторы в крупных поместьях вдруг обнаружили, что прикованы к одному месту, равно как и члены гильдий и корпораций, не связанных с сельским хозяйством, а также всевозможные государственные чиновники. Таким образом, на бумаге возникло полноценное тоталитарное государство, хотя в действительности у Диоклетиана не было способа до конца провести в жизнь все многочисленные правила и запреты.

Все эти принудительные меры были направлены на то, чтобы собрать достаточно средств для содержания сильно разросшейся армии. Правителям зачастую одновременно приходилось иметь дело как с внутренними противниками, так и с внешними врагами. О первых в Империи открыто ничего не говорилось, поскольку считалось, что солдаты якобы всегда сохраняют преданность. Зато изображения и надписи на монетах навязчиво славят победы над внешними врагами, причем каждый раз подчеркивается, что основная заслуга в победе принадлежит правителю. Почитание Диоклетиана и Максимиана как могущественных победителей под именами Иовия и Геркулия стало поистине сверхчеловеческим, поскольку теперь считалось, что они пользуются особым покровительством и поддержкой со стороны соответственно Юпитера и Геркулеса (см. также Максимиан). Более того, это возвеличивание отразилось на придворном ритуале, который своей изощренностью не имел ничего общего с более простыми обычаями прежних времен и по духу скорее соответствовал порядкам тогдашней Персии.

Вечное Римское государство также получило немалую долю восхвалений, были выпущены миллионы монет в честь Гения римского народа (GENIVS POPVLI ROMANI). Следуя логике своего обращения к традиционным патриотическим чувствам, Диоклетиан при поддержке своего цезаря, Галерия, возобновил преследования христиан, которые до того четыре десятилетия пребывали в состоянии неопределенности, хотя собственная жена Диоклетиана, Приска, принадлежала к их вере. Целью начавшихся в 303 г. великих гонений, как никогда прежде, являлось полное искоренение христианства. Началась смертельная схватка между старыми и новыми устоями. Первый антихристианский указ Диоклетиана запрещал любые собрания христиан с целью отправления культа и постановлял разрушить их церкви и уничтожить священные книги. Следующие два указа, действие которых распространялось и на восточные провинции, разрешал арест всех священников, за исключением тех, что служат языческим божествам. Наконец, в 304 г. четвертый эдикт распространял действие трех предыдущих указов на всех христиан.

В начале своего правления Диоклетиан восстановил Курию, здание заседаний сената, расположенного неподалеку от Римского Форума. Это здание сильно пострадало во время пожара 283 г. Восстановленное строение (сохранившееся до наших дней) своими очертаниями и пропорциями в значительной степени повторяло предыдущие его варианты. Внутри находился скромный прямоугольный зал с кессонированным потолком, обшитым деревом. По обеим сторонам вдоль зала располагались низкие ступеньки, служившие местами для сенаторов. Строгие верхние части стен с одиночными окошками резко контрастировали с изысканными нишами и колоннами, которые находились уровнем ниже, и с роскошным полом, набранным из разноцветного мрамора.

Однако свою ставку Диоклетиан поместил вовсе не в Риме, а в Никомедии и Вифинии. Там от его построек почти ничего не сохранилось, но о перестройке Антиохии, куда он перевел свою резиденцию после образования тетрархии, мы можем сказать несколько больше. В новой столице он построил храмы, зернохранилища, бани, стадион и фабрику по производству оружия. Там же он перестроил и расширил крепость, воздвигнутую веком ранее, превратив ее в императорский дворец. По описанию Либания, этот дворец занимал целый квартал с четырьмя улицами колоннад.