Римские императоры. Биографический справочник

Вскоре Пертинакс лишился поддержки преторианцев, потому что заплатил им лишь половину обещанного вознаграждения. Поскольку он время от времени покидал Рим, неудивительно, что возник заговор с целью возведения на трон одного из консулов, Квинта Сосия Фалькона. Пертинакс возвратился вовремя, чтобы предотвратить признание Фалькона сенатом, но недовольство среди преторианцев вспыхнуло с новой силой, так как несколько их соратников было казнено за соучастие в заговоре. Наконец, 28 марта группа солдат ворвалась во дворец, тогда как префект претория Лет, хотя и получил от Пертинакса приказ противостоять нападавшим, покинул дворец и удалился домой, поскольку именно он, разочарованный отказом Пертинакса следовать его советам, спровоцировал враждебные действия солдат. Когда они ворвались во внутренние покои дворца, император вышел к ним в сопровождении управляющего двором Эклекта и произнес пространную речь. Однако представитель солдат, некто Таусиз, стражник личной охраны императора, метнул в Пертинакса свой дротик, пронзив его грудь насквозь. Эклекг заколол двоих нападавших и сам погиб. Затем солдаты прошагали по улицам Рима, показывая горожанам отрезанную голову правителя, которого сами возвели на трон восемьдесят семь дней назад. Historia Augusta свидетельствует, что «Пертинакс был старым человеком с внешностью, внушающей уважение, с длинной бородой и зачесанными назад волосами. Фигура скорее полная, с заметным животом, но в целом — с достойной императора статью. Он не отличался ораторскими способностями. Пертинакс был скорее обаятельным, чем добрым, но его никогда не считали откровенным. Любезный в беседе, он на самом деле отличался скупостью до такой степени, что на его пирах, устраиваемых для знатных сограждан, подавались половинные порции салата... Даже став императором, он посылал кому-нибудь угощение, ограничиваясь остатками со стола, куском рубца или, изредка, куриными ножками».

Дион Кассий добавляет, что Пертинакс заботился о поддержании физической силы, но с трудом преодолевал препятствия при ходьбе, поскольку страдал заболеванием ног.

Будучи сенатором, Дион Кассий дал вполне объективную общую оценку его короткого правления:

«Пертинахс был страшен в сражении и практичен в мирное время... Когда ему выпало править судьбами мира, он ни в чем не изменился... Он сразу привел в порядок все, что выходило за рамки разумного, проявил не только гуманность и последовательность в защите интересов Империи, но и заботился о наиболее экономном управлении, уделяя при этом наибольшее внимание общественному благосостоянию... Однако он взялся восстановить все в одно мгновение... Хотя Пертинакс обладал огромным практическим опытом, он не смог осознать, что в одиночку все сразу сделать невозможно, что для восстановления целого государства требуются время и мудрость».

Казалось, повторяются события Года Четырех Императоров, а судьба самого Пертинакса напоминала короткое царствование Гальбы, бывшего императором за 124 года до этого. Впоследствии Септимий Север произвел причисление Пертинакса к римским богам.

ДИДИЙ ЮЛИАН

193 г.

Дидий Юлиан (Марк Дидий Север Юлиан) (28 марта — 1 июня 193 г.) родился в 133 г. и принадлежал к одной из известнейших семей Медиолана. Его мать, уроженка африканской провинции, приходилась родственницей Сальвию Юлиану, выдающемуся законоведу времен царствования Адриана.

Выросший в доме Домиции Луциллы, матери Марка Аврелия, Дидий Юлиан сделал долгую и выдающуюся карьеру. Став претором около 162 г., он впоследствии командовал легионом при Могунциаке, а потом управлял Галлией Белгикой со 170 по 175 г. Около 175 г. он получил консульское звание (вместе с будущим императором — Пертинаксом), а потом стал правителем Иллирика (176—177 гг.) и Нижней Германии (около 178 г.). Впоследствии его назначили осуществлять программу помощи детям (alimenti) в Италии. В это время его обвинили в том, что он примкнул к своему родственнику, Публию Сальвию Юлиану (сыну законоведа), в заговоре против жизни Коммода в 182 г.; но его оправдали и назначили проконсулом, сначала Понта и Вифинии, а потом, примерно с 189—190 гт., и Африки, где он стал преемником Пертинакса.