Читаем Римские императоры. Биографический справочник полностью

Чтобы утвердить свое право на императорский трон после убийства Дидия, Септимий Север решил развязать себе руки для полномасштабной войны против восточного конкурента — Песценния Нигера — и с этой целью наладил отношения с Клодием Альбином, присвоив ему титул цезаря. В подтверждение подразумеваемого этим титулом права наследования престола Север в 194 г. выпустил в честь Альбина монеты, на которых было начертано «Волей Императора» (PROVIDENTIA AVGVSTI) и «Судьба приведет [Альбина] в Рим* (FORTVNA REDVX). Может показаться странным, что Альбин поверил этому обещанию и объединился с Севером, когда у того уже было двое сыновей (Каракалла и Гета), которых, естественно, Север и мечтал видеть своими преемниками. Нетрудно заподозрить, что обещание Севера являлось лишь временной мерой, призванной укрепить тыл на время войны на Востоке. Правда, Каракалле тогда исполнилось всего пять лет, и Альбин, даже по скептическим оценкам, располагал значительными шансами утвердиться на троне до того, как мальчик достаточно повзрослеет.

В 194 г. он вновь стал консулом, но уже на следующий год порвал с Севером. Время для подобного шага он выбрал не очень умно, так как Севера более не отвлекала война с другим конкурентом: Песценний Нигер уже был разбит. Теперь стало ясно со всей очевидностью, что Север, вдохновленный победой на Востоке, полон решимости обеспечить право наследования Каракалле, которого и объявил цезарем в следующем году. В ответ на это Альбин разорвал союз с Севером и объявил себя императором; тогда правительство Севера объявило его врагом государства. Тем не менее Альбин пользовался значительным влиянием среди сенаторов, и одним из его сторонников был Луций Новий Руф, наместник Тарраконской Испании.

Вдохновленный этой поддержкой, Альбин переправился со своим войском через Ла-Манш, рискованно ослабив оборону Стены Адриана от набегов северян. Заняв Галлию, он избрал местом своей штаб-квартиры Лугдун. На выпущенных им монетах значился его полный императорский титул. Тактичное посвящение Духу Лугдуна (GEN. LVG.), было лишь провинциальной нотой в полностью римской по характеру серии. Надпись CLEMENTIA AVG(usti) подразумевала, что раз он уже победил, то столице не следует его бояться. Последним выпуском Альбина почтил «Верность Легионов* (FIDES LEGION um).

Впрочем, заявление о верности легионов не отражало действительности, поскольку, несмотря на первую победу Альбина над армией наместника Нижней Германии, Вирия Лупа, германские легионы сохранили верность Северу. Более того, план вторжения Альбина в Италию был сорван его противником, который сначала надежно запер проходы через Альпы, а зимой 196/97 г. сам двинул войска в Галлию. За первым боем при Тинурции, в котором победа досталась Северу, последовало (в феврале 197 г.) решающее сражение под стенами Лугдуна. Даже если утверждение Диона Кассия о том, что с каждой стороны в сражении участвовало по сто пятьдесят тысяч человек, несколько преувеличено, огромная численность принимавших участие в битве войск и ее исторические масштабы не вызывают сомнений. Поначалу левое крыло Севера терпело поражение, в пылу схватки под ним убили коня; но после двух дней борьбы один из его полководцев, Юлий Лет, решил исход сражения ударом своей кавалерии. Во время отступления Альбин заколол себя кинжалом (или был заколот); его голову отправили в Рим, как предупреждение тем, кто его поддерживал. Его сыновья просили пощады, но впоследствии были обезглавлены вместе со своей матерью. К существенным итогам войны следует причислить полное разрушение Лугдуна, который никогда больше не был главным городом Галлии.

Трудно отыскать достоверные сведения о личности Альбина, поскольку в своей автобиографии Север описывает своего противника лишь как женоподобного неженку, коварного, бесстыдного, бесчестного, жадного и сумасбродного пропойцу — человека, годного скорее для сцены и хорового пения, чем для поля боя. Геродиан видит в нем скорее тщеславного и наивного человека, достаточно глупого, чтобы поверить уверениям Севера в дружбе, цена которым была совершенно очевидна. Historia Augusta отмечает (трудно сказать, насколько справедливо), что Альбин писал эротические пьески, был неутомимым дамским угодником и жестким господином для солдат и рабов. Кроме того, Historia приписывает ему благородное происхождение и утверждает, что *ни один император не пользовался такой любовью сената, как Альбин*, поскольку он был ставленником латиноязычной аристократии Запада — в отличие от Нигера, которого поддерживал грекоязычный Восток, и Севера, который опирался на данувийскую армию (эта поддержка и оказалась решающей).




КАРАКАЛЛА


211-217 гг.


Каракалла (правильнее — Каракалл) (211—217 гг.) — это прозвище старшего сына Септимия Севера, происходящее от названия долгополого галльского одеяния, которое он ввел в моду в Риме. При рождении (в 198 г.) его назвали Юлием Басси-аном в честь отца его матери, Юлии Домны.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное